Онлайн книга «Твой номер один»
|
— Мы с тобой не в ромкоме существуем, а в реальной жизни! – задохнувшись, шипит она. – Ты сошел с ума, Де Виль. — Возможно, – говорю вполне искренне, потому что тоже считаю, что в голове у меня с недавних пор посвистывает. – Так что, согласна? Один поцелуй, Филатова. Я отпускаю тебя, и никаких скандалов. Аня на мгновение прикрывает веки, пряча от меня выражение своих глаз. Шумно вздыхает, с силой вдавливая ладони мне в грудь. Но вместо того, чтобы оттолкнуть, ее пальцы мнут ткань моей футболки. — Один поцелуй, – произношу вкрадчиво, наблюдая, как краска смущения медленно покрывает ее тронутую загаром кожу. – Или боишься, что не справишься с желаниями, а, птичка? Ощущаю себя Змеем-искусителем в райском саду, вздумавшим совратить бедную Еву. Удивительно даже – еще никогда не приходилось мне прилагать столько усилий, чтобы засосать девчонку. Аня медлит. Явно просчитывает что-то в голове. Нервно сглатывает. Размышляет. Хмурится, вздыхает, позволяя мне наблюдать всю гамму эмоций на лице. И когда она все же поднимает глаза, прямо встречая мой взгляд, а ее губы, наконец, порывисто прижимаются к моим, я… я понимаю, что пропал. Первые прикосновения кажутся осторожными, почти целомудренными, и мне стоит нечеловеческих усилий удержаться от того, чтобы сразу не напасть на нее. Вместо этого я терпеливо жду: позволяю Филатовой нежно тереться губами о мои губы и дразняще проводить по ним языком, пока в паху не начинает дымиться. Сигналом к действию становится тихий стон, который она загоняет мне в горло. Срывает меня с тормозов. С пробуксовкой. Зарычав в ответ, я беру в ладони ее лицо. Врываюсь языком ей в рот. Там жесть как горячо. Сожрал бы и не подавился. В голове залпы взрываются, под веками вспышки слепят. Я целую ее жестче, впиваюсь пальцами в тонкую кожу на шее. Все жду, что она брыкаться начнет, но ее тело покорно льнет к моему, и в следующий миг я ощущаю ее пальцы в своих волосах. Жесткую хватку – она будто пытается с меня скальп снять. И это финиш. Не остается ни запретов, ни стопов, ни банального стыда и опасения, что нас могут застукать – между нами бурлит дикая потребность, от которой горит адским пламенем тело и… — Все, – шепчет Филатова хрипло спустя время, когда мы оба берем тайм-аут, жадно хватая ртом воздух. – Ты должен меня отпустить. Я хочу уйти. Ложь. Я хочу заорать ей в лицо, какая это гребаная ложь! Каждое ее чертово слово! Но молчу. Тяжело дышу, но молчу, потому что считаю как-то не по-джентльменски говорить ей об этом, пока ее пальцы все еще крепко держат меня за футболку. Мои губы касаются ее лба. Одно сдержанное касание и тяжелый выдох. Руки обвивают ее крепче, притягивая к себе. На лишнюю секунду. Она не сопротивляется, я ничего не говорю ей, но в глубине души знаю, что не отпущу. По крайней мере до тех пор, пока не буду уверен, что она действительно этого хочет. Глава 18 Анна Сильным ударом меня выбивают с корта, но я не сдаюсь. Знаю, что могу закончить все уже сейчас, не позволив сопернице отыграться. Взять сет, взять игру. Это чувство, разливающееся горячей лавой по венам, жжет изнутри, зудит под кожей. Необъяснимо откуда, но так же как иногда с первого разыгранного гейма я предчувствую, что сдам матч, в это самое мгновение я уверена в своей победе. |