Книга Жестокий король, страница 36 – Рина Кент

Недавно Дэн прислал мне сообщение, что собирается с футбольной командой во «Встречу» – очевидно, какое-то тайное место сборищ для стартового состава КЭШ. Он предложил заехать за мной, но я отказалась, сказав ему веселиться.

И все равно не могу избавиться от приступа зависти и сомнений.

Несмотря на то, что Дэн использовал место в команде, чтобы кадрить девчонок, он никогда особо не увлекался игрой. Кажется, будто из-за этого дурацкого футбола я теряю лучшего друга.

К тому же все эти приглашения на матч и в тайное место тусовок – вряд ли простое совпадение.

Хотя, возможно, я чересчур мнительная. Меня отнюдь не греет мысль, что мы с лучшим другом отдаляемся. Если это очередная уловка Леви, я набью его красивое личико, разукрасив кучей синяков.

Я пересекаю парковку, направляясь к боковому выходу. Это идеальное место, чтобы поймать такси и не встрять в пробку перед главным зданием.

Когда достаю телефон, яркое сияние экрана освещает мне дорогу.

Астрид: Веселишься?

Дэниел: Еще как! Собираемся сегодня вечером устроить тройничок.

Астрид: Ну ты и свинья.

Дэниел: Твоя любимая свинья, жучок.

Астрид: К твоему сведению, мне сегодня совсем не весело, и тебе придется загладить свою вину.

Дэниел: Ла-а-а-адно! Я пересмотрю с тобой «Викингов» в тысячный раз.

Астрид: И принесешь мне сконы, которые готовит твоя мама.

Дэниел: Ну нет. Они мои.

Астрид: Так не пойдет.

Дэниел: Мы поделим их. *сердитый смайлик* И вообще, хватит уже посягать на мои сконы.

Я с улыбкой отправляю ему громко смеющийся смайлик и убираю телефон в задний карман брюк.

Если ради возможности стащить у Дэна несколько сконов тети Норы придется пожертвовать сегодняшним вечером, то я только за. Я вечно поддразниваю его, говоря, что дружу с ним только из-за булочек его мамы.

Я как раз направляюсь к выходу, когда вся парковка погружается в темноту. Резко останавливаюсь и замираю.

Выключаю музыку, а после спешу туда, где должны, насколько помню, находиться наружные ворота.

Ладони становятся липкими, дыхание с шумом вырывается из груди, так что мне не слышно собственных шагов и окружающих звуков.

Проклятье! Обычно свет здесь не выключают допоздна.

Я крепче сжимаю лямки рюкзака, отчего ногти впиваются в кожу.

Пытаюсь бежать, но ноги из-за сильной дрожи не слушаются.

Правду говорят: когда один из органов чувств ущемлен, другие обостряются.

Я вдруг улавливаю легкий шелест ветра в кронах сосен, окружающих школу. Во всяком случае, я надеюсь, что это шелестят деревья.

В ноздри ударяет запах бензина и хвои, а вместе с ними – мой собственный запах, который так похож на запах страха.

Воздух на коже напоминает острые иголки, которые норовят проникнуть внутрь. Как бы часто я ни сглатывала слюну, мне не удается избавиться от кислого привкуса на языке.

Все происходящее жутко напоминает то, что случилось в ту ночь.

Вернее, в обе ночи.

Все началось с темноты.

Ты справишься, Астрид. Ты обязательно справишься.

Но моя ободряющая речь не помогает. Бешеный стук пульса не замедляется, глаза застилает чернота.

Дорогу преграждает темная высокая фигура. Я кричу, но чья-то сильная рука закрывает мне рот, заглушая звук.

Я замираю, когда меня тянут назад, ноги с навязчивым шарканьем волочатся по бетону.

М-меня похищают?

Эта мысль выводит меня из ступора. Я начинаю вырываться из рук похитителя, царапаясь и брыкаясь.