Книга Испорченный король, страница 118 – Рина Кент

Мои губы дрожат, и я сжимаю их в тонкую линию.

— Я пытаюсь подступиться к тебе. – Его нос опускается к моей шее, и я прерывисто втягиваю воздух. – Я действительно пытаюсь быть чертовски милым, но если ты продолжишь прятаться в своем ледяном замке, у меня не будет иного выбора, кроме как завоевать свое силой.

Мои пальцы впиваются в его футболку, желая причинить боль.

— У меня вообще есть выбор в этой ситуации?

— Со мной у тебя всегда есть выбор. Королева или пешка.

Конечно. С ним нет ничего промежуточного.

— Либо я становлюсь самой важной фигурой, либо самой незначительной. Как… поэтично.

Он приподнимает бровь.

— Ты играешь в шахматы.

— Откуда ты знаешь?

— Те, кто не играют, думают, что король – самая важная фигура, потому что игра заканчивается, когда он умирает. Они не знают, что король бесполезен без своей королевы.

Вот это… поэтично. Кто знал, что кто-то вроде Эйдена заботится о королеве?

— Может, сыграем? – неуверенно спрашиваю я. Я бы воспользовалась любым вариантом, чтобы снять напряжение и отстранить его от себя.

— Сначала мы должны позаботиться о тебе.

Конечно, он бы на это не купился. Придурок.

— Позаботиться как?

— Ты слышала о фантазиях об изнасиловании?

У меня перехватывает дыхание. Черт, черт.

Откуда, черт возьми, он об этом знает? Я имею в виду, я читала об этом, я даже как-то искала это на порносайте, но всю последующую неделю меня тошнило. Как я могла интересоваться чем-то, что разрушает жизни женщин?

Может быть, Эйден – моя карма. Может быть, меня наказывают за то, что я когда-либо думала об этом.

В его глазах вспыхивает искра.

— Ты слышала об этом.

— Нет, – бормочу я, поворачивая голову в сторону. – Ты единственный, кто интересуется такими извращенными вещами.

Боже. Я такая лицемерка.

— Тебе стоит посмотреть. – Он хватает меня за подбородок и поворачивает лицом к себе. – Я думаю, ты найдешь это полезным.

— Каким образом?

Волчья ухмылка кривит его губы. Он знает, что разжег мой интерес. Ублюдок.

— Есть люди, которым нравится выброс адреналина, который происходит во время грубого, неконтролируемого секса. Значит, им нравится, когда их принуждают к этому.

— Людям нравится, когда их насилуют? Я думала, что это просто фантазия, а не практика… верно?

— Нет. Им нравится, когда их принуждают к сексу. Обычно они планируют это со своими партнерами, так что технически это не изнасилование.

— Это то оправдание, которое ты себе придумываешь?

— Я не придумываю себе оправданий. Я полностью уверен в том, кто я и что я такое. Я знаю, что я другой, мне просто все равно. – Его палец проводит линию по моей щеке. – Это оправдание для тебя, поскольку ты, кажется, так отчаянно в нем нуждаешься.

— Вот уж нет.

— Черт возьми, Эльза. Перестань быть такой чертовски упрямой.

— Почему ты не оставишь меня в покое? – Я ненавижу дрожь в своем голосе. – Почему не отпускаешь?

Странное стеснение сжимает мою грудь при этой мысли.

Что, если он действительно отпустит меня? Что, если он…

— Я не могу. – Его голос падает.

— Почему?

— У меня нет выбора.

Что-то острое и тяжелое пронзает мою грудь. У Эйдена всегда есть выбор. Черт возьми, он даже ясно дал понять, что любой выбор идет ему на пользу.

Невозможно, чтобы у него не было выбора.

— Ты что, играешь в очередную игру?