Книга Извращенное королевство, страница 95 – Рина Кент

— Потом у меня, наконец, получилось открыть дверь. Ты и женщина в красном лежали там, – я указываю на место недалеко от входа, – в луже крови. Ты лежала на боку с темной дырой в груди. У женщины в красном отсутствовала половина лица, пол и стены были покрыты ее плотью, но я больше не смотрел в ее сторону. И знаешь почему? – Я провожу пальцами по ее шраму под блузкой. – Ты лежала без движения.

Она накрывает мою руку своей.

— Прости, что тебе пришлось это видеть.

— Я думал, что ты мертва.

— Но я выжила. Я здесь, Эйден.

Она здесь. Это не сон или кошмар. Она здесь, со мной.

Как она и обещала.

— Ты смог потом выбраться из дома? – спрашивает Эльза.

— Нет. Думаю, что я потерял сознание. Дальше помню, что оказался в больнице, а рядом сидел Джонатан. Скорее всего, меня вытащил один из его доверенных лиц или охранников. – Я безрадостно улыбаюсь. – Когда я открыл глаза и увидел его вместо Алисии, то понял: что-то случилось.

Эльза сжимает мою руку своими пальчиками.

— Мне так жаль, что Алисия умерла.

— Хватит извиняться. – Я задираю ей подбородок, чтобы взглянуть в эти завораживающие глаза. – Ты не виновата. Ты тоже стала жертвой.

Ее нижняя губа дрожит, как у ребенка, который вот-вот заплачет.

— Ты никогда не считал меня жертвой, Эйден. Ты же сказал мне, что разрушишь мою жизнь, как только я переступила порог КЭШ.

— В тот день я увидел призрак женщины в красном. И да, Эльза. Я злился на тебя за то, что ты не сдержала слово. Я еще больше взбесился, когда понял, что ты не помнишь меня, и хотел заставить тебя расплатиться за это. – Я ухмыляюсь. – Но именно тогда я решил, что ты моя.

Ее личико проясняется.

— Это меняет дело.

Я пожимаю плечами.

— Наверное.

— Ты был таким подонком.

— И ты все равно меня любишь.

Она краснеет, но не отрицает.

— Скажи это. – Я крепче сжимаю ее подбородок.

— Эйден… – В ее взгляде читается неуверенность, а в голосе слышится дрожь. Скоро она спрячется в своем ледяном замке, никого не пуская внутрь.

— Скажи это, Эльза. – Мой голос становится жестким и не подлежащим обсуждению.

Она вздыхает.

— Я люблю тебя, Эйден. Несмотря ни на что.

— Несмотря ни на что, да?

— Да, хитрец. Несмотря ни на что.

Она обнимает меня за талию и утыкается лицом мне в грудь. Я кладу подбородок на ее голову и вдыхаю аромат кокоса.

— Тогда ты пахла сладкой ватой и летом, – говорю я. – И этими дурацкими «Мальтизерс».

— Эй! – Она толкает меня в грудь. – Не обзывай мои «Мальтизерс». Я люблю их, ясно? И потом скажи спасибо, что я делилась с тобой. Они вкусные.

— Неправда. Я ел их, потому что ты запихивала мне их в глотку.

— Дурак неблагодарный.

Я хохочу, запуская ей пальцы в волосы.

— С тех пор я ни разу не ел эти конфеты.

— Я тоже. Помню, как мне хотелось их в детстве, но строгая диета тети запрещала постоянно есть конфеты и шоколадки. Впрочем, я и дядю никогда о них не просила. – Эльза делает паузу. – Думаю, в глубине души я понимала, что мне не стоит есть «Мальтизерс» в одиночку.

— Я куплю их тебе, – улыбаюсь я.

— А я с тобой поделюсь.

Мы сидим так несколько минут. На миг я забываю, что мы в подвале, где женщина в красном пытала меня, а затем умерла.

Я забываю, как Эльза неподвижно лежала в луже крови.

В эту секунду есть только я и она в поиске наших корней.

Когда я похитил ее и привез сюда, то все, чего я хотел, – восстановить ее связь с прошлым. Не знать, что может случиться, было опасно и не оставляло мне запасного плана – если не брать в расчет идею по-настоящему похитить ее и никогда не возвращаться.