Книга Плохая маленькая невеста, страница 63 – Меган Брэнди

Что бы я сделала?

Филипп давно подкатывал ко мне, но я думала, что он просто хотел, чтобы я вспомнила о нем в случае, если он захочет получить высший балл или как-то еще отличиться в академии. Мало кто знал, что он был нашим личным фармацевтом, потому что его семья этим занималась. Так что да, либо это, либо он просто хотел меня трахнуть. Но я никогда не думала, что он хотел брака по расчету.

Вспоминаю все те времена, когда я чувствовала себя настолько отчаянно и так хотела выбраться из нашего мира, что намеренно ввязывалась в опасные ситуации, не заботясь о том, что может случиться. В некоторые моменты моей жизни я убеждала себя, что вообще исчезнуть гораздо лучше, чем быть ниже… остальных. Всегда быть второй, всегда быть «недостаточно хорошей» – это невыносимо. Я была «недостаточно хорошей», чтобы попасть в танцевальную школу, о которой всегда мечтала. Я «недостаточно хороша», чтобы мне доверили семейный бизнес. В последнем случае из-за моего «безрассудного поведения», потому что проявление любых эмоций в нашем мире запрещено: какой бы ни была ситуация, она требует каменного лица. Я была маленькой девочкой, черт возьми, а затем подростком. Злой, ожесточенной – и да, бесконечно одинокой.

У меня было все, но у меня не было ничего.

Я почти уверена в том, что я бы приняла предложение Филиппа пойти к алтарю.

Пожалела бы я об этом позже? Кто, черт возьми, знает, но разве сейчас все не так?

Я замужем за мужчиной из соображений удобства. Из корысти, если хотите.

И как я уже говорила – тот же случай, новый взгляд.

Бросаю взгляд на отца, и я ненавижу жалость, которая бьет мне в глаза.

— Забудь. – Обхожу его, мчусь через чертов зал и дальше по коридору. Пропускаю первый ряд туалетов и останавливаюсь для сканирования сетчатки, что дает доступ в приватную часть «Энтерпрайза». Проникаю в нее и проталкиваюсь в ближайшую туалетную комнату.

Схватившись за прохладный гранит, закрываю глаза и вращаю лодыжками, чтобы ослабить боль в ногах.

Не успеваю я испустить прерывистый вздох, как внутрь заходит Энцо и запирает за собой дверь.

— Прелестно, – говорю я и опускаю подбородок, глядя на кольцо. – Могу ли я тебе чем-то помочь?

— Почему ты здесь, Бостон?

— Мне обрыдла эта чертова вечеринка.

— Ты расстроена.

— Я уже так далека от того, чтобы быть расстроенной, что это просто смешно. Могу хохотать до слез, потому что я чертовски… – Замолкаю, а потом бормочу себе под нос: – Почему я позволила всему зайти так далеко?

— Не понимаю твою проблему.

Моя голова резко поднимается, взгляд сталкивается с его взглядом в зеркале.

— Весь этот чертов вечер – моя большая, просто огромная проблема.

— Ты имеешь в виду Катану. – Энцо хмурится. – Люди должны видеть, что я ее защищаю.

Я закрываю глаза и нажимаю на виски кончиками пальцев.

Не бей его. Не бей его.

— Ты ведешь себя как ребенок, – обвиняет он. – Никто не знает, что она…

— Я знаю! – кричу я, резко оборачиваясь. – Я. Знаю. Энцо. Я та идиотка, которая позволила себе строить планы, вместо того чтобы для начала получить всю нужную информацию. Я идиотка!

— Ты не смеешь так о себе говорить.

— Ой, отвали! – Из меня вырывается пустой смех, и я с сердитым рычанием откидываю волосы назад. – Если бы я просто подождала…

— Если бы ты подождала чего?! – орет он.