Книга Ты пахнешь как солнце, страница 120 – Эллин Ти

Мне странно наблюдать, как они обе не радуются встрече, но все-таки даже умудряются неловко обнять друг друга.

— Мира… а ты чего не позвонила? – растерянно спрашивает мама, все еще не пропуская нас в дом.

— Сюрприз сделать хотела. – Принцесса напряжена дико, мне все-таки хочется ее утащить отсюда, но пути назад больше, видимо, нет, поэтому мы все так и стоим на пороге. – Приехала вот тебя с парнем своим познакомить.

— А Даня как же… – вдруг выдает она, и Мира только отмахивается.

— В прошлом. Знакомьтесь, это Матео, мой молодой человек, он из Испании. Матео, это моя мама, Инна Сергеевна.

— Приятно познакомиться, – говорю я и протягиваю ей руку, а она около минуты не понимает, что с ней делать, только потом, словно опомнившись, пожимает ее.

Что-то явно не так. Мира говорила о том, что ее просто не будут рады тут видеть, но ее мама растеряна так, словно ее застали на месте преступления. И вряд ли это просто потому, что дочь приехала в гости. Странное поведение.

Наконец-то нас пропускают в дом, и через три секунды на Миру налетают двое детишек, обнимая ее и искренне радуясь ее приезду. Она говорила, что у нее есть племянники, нетрудно догадаться, что это именно они, и я присаживаюсь перед ними на корточки, чтобы познакомиться, потому что этого напряга между Мирой и мамой не выдерживаю даже я.

— Меня Матео зовут, – протягиваю им кулачок, и они по очереди его отбивают.

— А я Тео! У нас похожи имена! – улыбается мальчишка.

— А меня Теона. – Маленькая рыжая куколка хихикает и убегает в дом, а я краем глаза замечаю, как мама с растерянным выражением лица прижимает телефон к уху, но на той стороне явно никто не берет трубку, поэтому она начинает нервничать.

И все-таки что происходит?

— А Маша где? – спрашивает Мира. Это не звучит как искреннее любопытство, скорее, как простая вежливость. Мне все еще очень странно, и я чувствую, что что-то не так.

— Вышла в магазин, – отвечает она негромко.

Никаких осуждений в сторону меня, как партнера для дочери, о которых так беспокоилась Мира. Никаких эмоций в принципе! Она все двадцать минут, что мы здесь, просто не может найти себе места и постоянно кому-то звонит.

В конце концов, она приглашает нас пообедать, неловкость спасают только двое веселых детишек, которые задают нам с Мирой слишком много вопросов, но я правда рад поотвечать на них, потому что иначе от этого тяжелого воздуха можно было бы просто задохнуться.

Я не преувеличиваю, когда говорю, что мы общаемся только с детьми. Мама Миры вообще никак не показывает чувства к дочери, но удивительно, что сама Мирослава словно не обращает на это внимания. Предполагаю, она привыкла… И это очень ранит мою душу. Ни один ребенок не заслуживает такого отношения к себе.

— Вы не рады видеть дочь? – не выдерживаю я и задаю вопрос, который слишком сильно меня волнует. Какого черта? Где хоть какая-то видимость материнской любви?

— Вы просто застали меня врасплох! Мира всегда так делает. Не предупреждает, не рассказывает ничего, и я просто…

— Вы просто не рады. Радость встречи с ребенком не может затмить никакая неожиданность. – Возможно, я делаю это зря. Вполне вероятно, что Мира будет обижаться на меня за это и я буду долго и упорно извиняться перед ней за то, что не сдержался, но я правда не смог. Чувство острой несправедливости в отношении самой замечательной девочки на свете заставило меня начать этот диалог.