Книга Ты пахнешь как мечта, страница 138 – Эллин Ти

— Видишь, а сначала так боялась его, – мне нравится, что она подружилась с Мишкой. Он – член моей семьи, мой друг уже пятый год. Люди, которых Мишка не принимает, обычно в моей жизни не остаются. И доброту он тоже чувствует, реагирует на нее такой же лаской. Вот сестрицу мою, бывшую Демида, он терпеть не может. Пока она у меня гостила, я его из вольера и не выпускал толком. А Соня с ним два дня знакома – и он спокойно бегает по территории, потому что, точно знаю, ее не тронет. За нее загрызет, а ее – никогда.

— Он казался очень пугающим, а на деле восхитительный. Кажется, до Миши я не любила собак, а теперь влюблена по уши, правда.

— Ну все, придется тебе оставаться у меня дома навечно, – говорю что-то, о чем не успеваю подумать. Потому что и сам запинаюсь от таких резких высказываний, и Сонечка глаза округляет тут же. – Потому что Михаил разлуку с тобой не переживет.

— Мы придумаем что-нибудь, – съезжает Соня с темы, и весь остальной путь до работы мы проводим в тишине.

Вот я олень.

Этот день, кажется, никогда не закончится.

Вообще, последние дни стали настолько насыщенные на события и эмоции, что по ощущениям каждый из них длится часов по сорок как минимум.

Вот сегодня, например, было странно неловкое утро дома у Мирослава, потом мы поехали на Западную, там было странное утро с неожиданно спокойной Мариной. Потом меня чуть не истерикой накрыло от слов моей ненормальной тетки, потом был странный разговор с Мирославом… А сейчас я пью чай с Есеней в ее кабинете, а это только обед!

Как это вообще возможно? Три миллиона эмоций за каких-то несколько часов. И правда, ощущение, что не одни сутки прошли, а неделя как минимум после всего произошедшего.

— Сонь, вот чего ты дома не осталась? Ну тебе явно нужно еще отдохнуть, – отчитывает, но очень-очень мягко меня Еся.

Да я и сама понимаю это… Правда. Я с огромным удовольствием осталась бы дома и целый день провела бы в постели, но мне правда жутко неловко быть там без Мирослава. Это как-то… ну чересчур. Он очень мне помогает, и в целом меня ужасно смущает пользоваться его добротой и гостеприимством, но пока выхода другого нет, я пользуюсь. Просто перебарщивать не хочу. Я не могу валяться у него дома на кровати, пока он будет работать и подменять меня же на моем рабочем месте. Это слишком.

— Я в порядке, правда. Отдохну после работы.

— Мирославу выпишу выговор, – ворчит Еся, доставая из стола шоколадку. – За то, что потащил тебя на работу. Совсем уже чокнулся, работник месяца.

— Мирослав Сергеевич ни при чем, он предлагал мне остаться, – хихикаю, но сильно не улыбаюсь, потому что из-за синяка очень больно. Мне так грустно от этого… Я очень люблю улыбаться, а еще мне часто все говорят, что у меня улыбка красивая. А тут не выходит, больно…

— Плохо предлагал! – внезапно говорит Еся. – Надо было вообще не предлагать, уложить тебя в постель, да и все.

От ее слов я почему-то краснею, потому что картинки в моей голове совсем не те, что она имеет в виду, возникают.

А со мной-то что вдруг? Повода вроде для таких мыслей нет…

— Сонь, прости, я не то имела в виду, – замечает мои алеющие щеки и смущение Еся и смущается вместе со мной. – Я в смысле…

— Да я поняла, все в порядке, – отмахиваюсь, не хочу уделять этому так много внимания. Это, блин, очень неловко! – Но Мирослав Сергеевич не особо умеет мне сопротивляться, так что это было мое решение работать поехать.