Книга Клятвы и бездействия, страница 103 – Сав Миллер

Не самая лучшая мысль, придурок, если ты не намерен спать с ней.

— Допустим, – продолжаю я и замолкаю на пару секунд, встаю так близко, что вынуждаю ее прижаться к раме за спиной, – у меня был хороший, но трудный день, тогда я бы забрался под одеяло и был паинькой. Возможно, даже позволил себе объятия и легкие ласки, но большую часть времени мы бы просто спали.

Провожу рукой по ее бедру, плоскому животу, поднимаюсь к плечам. Сжимаю ее горло пальцами, расставляю их широко, чтобы ощутить пульсацию.

— А что, если… – она замолкает и смотрит на мои губы, но продолжает резко и неожиданно, – если ты придешь в плохом настроении?

С ухмылкой провожу пальцем по ее губам, задерживаясь на мягкой нижней. Ленни нервно сглатывает, и звук эхом отдается в моем теле. Подаюсь вперед, словно желая продемонстрировать ей.

Я отмечаю каждый ее вдох, каждое мельчайшее движение, меняющееся на лице выражение. Моя цель – определить, когда я перехожу черту. С одной стороны, я ожидаю, что она замкнется, сломается под напором и оттолкнет меня. Возможно, даже попытается – и успешно – напасть с ножом.

Откашливаюсь и веду пальцем по ее горлу до ключицы, большой палец просовываю под халат.

— Если бы я лег в постель в плохом настроении, я, возможно, попытался бы изгнать из тебя нечисть. Привязал бы к кровати, в которую ты пыталась меня затащить, и трахал бы до потери сознания.

— Ты бы меня связал?

Вижу в зеленых глазах интерес. Улыбаюсь, чувствуя, как мой член становится больше.

— Точно. Обернул бы, как рождественский подарок. И неспеша разворачивал. Прикоснулся бы к каждому дюйму тела, и не только руками, ведь надо узнать какой на вкус этот чудесный подарок.

Похожий на Троянского коня, если он когда-то существовал.

Если таким образом Том решил ко мне подобраться, залезть в мои мозги и заставить забыть о мести за отца, не делать то, чего он заслуживает, то…

У него получилось.

Получилось, черт возьми.

Ленни прерывисто втягивает воздух, когда я сдвигаю полу халата, чтобы коснуться кончиком языка соска. С ее губ слетают приглушенные звуки, которые я бы с наслаждением проглотил.

Честно говоря, я бы проглотил ее всю целиком. Я мечтаю насладиться ее телом, остановиться лишь тогда, когда увижу его истерзанным, покрытым пятнами семени, пресыщенным мною, чтобы у нее не было желания искать себе другого даже после того, как закончится действие нашего договора.

— Почему бы тебе не попробовать?

— Опасные слова, куколка.

Пальцы его холодят разгоряченную кожу, возбуждение охватывает тело уже при мысли о том, что они коснутся соска.

Угол дверного косяка болезненно впивается в спину, но мне все равно, я замечаю лишь, что это произошло потому, что Джонас прижимается ко мне сильнее.

— Я знаю, – говорю я бархатным голосом и кладу руки на грудь, потом поднимаю выше и касаюсь завитков темных волос на затылке. – Поэтому и спросила.

Он отрывается от меня, тянет за пояс халата, и шелковистый материал нежно скользит по телу – полы распахиваются.

Открывая меня.

По телу бегут мурашки. Легкие сжимаются, будто меня придавил бетонный блок. Фиалковые глаза темнеют, взгляд скользит вниз, обдавая жаром все тело до самых кончиков пальцев.

Чувствую шершавые мозоли, когда он, едва касаясь, проводит по бедрам руками, заставляя все отчаяние желать продолжения.