Книга Змеи и виртуозы, страница 77 – Сав Р. Миллер

— Держу пари, с ним ты не проведешь время так же хорошо, как в тату-салоне со мной, – тихим шепотом произношу я ей на ухо.

Райли заходится в приступе кашля, стараясь заглушить звуки моего голоса, не сводя при этом взгляда с мужчины на крыльце.

Я поджимаю губы и делаю следующий ход:

— С ним оргазм так же хорош, ангел? Или он слишком болтлив?

— Может, предложишь Джейд пойти? – говорит она нарочито громко.

Хотя она и разговаривает с ним, но все же настойчиво выполняет мое требование, и мне это нравится. Готовность следовать указаниям сделает ее крах еще приятнее и эффектнее.

Краем уха я слышу, как вздыхает Калеб.

— Джейд ненавидит искусство в любых проявлениях. И она ничем мне не поможет.

— Да, но…

— Пожалуйста, Ангела. Если на открытии не будет самой красивой девушки в городе, ко мне вообще никто не придет.

Подбородок ее чуть приподнимается, вижу, как она косится на меня. Ладонь останавливается у ямочки на пояснице, большой палец медленно начинает ее поглаживать.

От волны гнева перехватывает дыхание, она пробуждает ожесточенность. Потряхиваю руками, чтобы избавиться от желания распахнуть дверь и дать ему по физиономии так сильно, чтобы кольца разодрали кожу на лице, но вместо этого пристально смотрю на девушку передо мной.

Словно почувствовав мое настроение, она отклоняется в сторону и немного прикрывает дверь, будто защищая от меня пришедшего.

Ноздри раздуваются, я провожу пальцем между ее ягодицами. Слышу писк, Райли привстает на цыпочки и сильнее сжимает дверь.

— Боже, что с тобой, Ангела? – спрашивает Калеб, будто намеренно решив подпитать мой гнев.

— Ангела, да? – шепчу с другой стороны я, продолжая исследовать ее тело. Чувствую ее возбуждение, оно просачивается наружу, делая кожу влажной, и я прикусываю щеку до крови, чтобы только не застонать. – Плохая девочка, как ты могла позволить еще кому-то называть тебя так, как я?

Она поводит бедрами из стороны в сторону, стараясь сбросить мою руку, но я проникаю глубже, туда, где еще теплее и более влажно. И потом наслаждаюсь тем, как она сильно вздрагивает раз, потом другой и едва не теряет равновесие.

Я прижимаюсь к двери боком, распахиваю ее и останавливаю так, чтобы моя рука не была видна с того места, где стоит Калеб.

Он смотрит на меня и растерянно моргает, темные глаза становятся огромными, когда он проводит рукой по волосам, закрученными в спиральки. На нем брюки цвета хаки и зеленая рубашка с пуговицами на воротнике, в руках по стакану кофе навынос. В отдалении, у обочины подъездной дороги, стоит джип, будто спрятанный до поры до времени.

— О, вот как, – бормочет Калеб, не скрывая в голосе разочарование. – Я… Прости, Ангела, не знал, что ты не одна.

Я подбираюсь к ее клитору, но движения мои такие медленные и осторожные, что он никогда не заметит. По крайней мере, если не станет разглядывать пристально.

На порозовевшей коже лба выступают капельки пота, потупив взгляд, она сильно прикусывает нижнюю губу. Я продолжаю, с наслаждением слежу, как оттенок розового на щеке становится ярче.

— Уже нет, – произносит на выдохе Райли. – Я о компании. Эйден уже уходит.

Я ухмыляюсь и погружаю палец в ее влагалище, а потом широко улыбаюсь, когда она вскрикивает.

Калеб хмурится и оглядывает нас по очереди с прищуром.