Книга Змеи и виртуозы, страница 75 – Сав Р. Миллер

Он склоняется и обхватывает пальцами рукоятку пистолета, один ложится на спусковой крючок. Он ловко разворачивает его и упирается стволом в основание шеи. Я цепенею, не в силах даже сглотнуть.

— Это я здесь для того, чтобы мстить.

В одно мгновение положение рук меняется, магазин вылетает из пистолета, следом он, разряженный, падает на пол.

Я с трудом сглатываю и прижимаю обе ладони к зеркалу, сжимаю пальцами раму и пытаюсь успокоиться.

Он делает шаг ближе и прижимается торсом к моей спине.

— Три года, – произносит он, склоняясь так низко, что нос касается моих волос, его слова, отражаясь, отскакивают от головы. – Три года я постоянно думал о тебе. Представлял выражение глаз, когда наконец найду тебя; будут ли они широко распахнуты или прищурены от испуга.

Он проводит руками по моим бедрам, потом обхватывает талию, тянется к поясу халата.

— Готова рассказать мне, зачем ты это сделала? – Он принимается его развязывать, и я напрягаюсь, по телу бегут мурашки, соски тоже реагируют на страх и возбуждение – они всегда внутри меня.

При мысли об этом я ощущаю приступ тошноты и сжимаю губы так сильно, что кажется, кость челюсти вот-вот треснет под давлением тяготящих чувств.

Как бы я хотела отстраниться от всего происходящего.

Заблокировать.

Халат распахивается, и я, почти обнаженная, ловлю его ошеломленный взгляд. Я ощущаю его, как жидкий новокаин.

Руки ложатся на мои бедра, позволяя струящейся ткани скрыть часть тела, и я судорожно хватаю воздух, взволнованная, что он видит меня днем.

— Действительно очень жаль, что ты оказалась змеей, – шепчет он мне на ухо, тянет и прижимает к себе.

И я чувствую это.

Горячие волны гнева его ощутимы, но эрекция, которую я отчетливо чувствую, подсказывает, что не только месть привела его в мой дом.

Меня переполняют эмоции, которые я не могу себе объяснить, поднимаю глаза и смотрю на него в зеркало.

— Зачем ты пришел, Эйден? Что ты от меня хочешь?

— Хочу, чтобы ты страдала, – шепчет он мне в волосы, ладонь скользит по моему животу, большой палец касается груди снизу, затем поднимается и ложится на сосок. Но на этом он не останавливается, и его рука вскоре сжимает мое горло.

— Я хочу, чтобы ты страдала, Райли. Я должен это сделать. Я не уеду из этой дыры, пока не добьюсь своего.

— Мне жаль, – говорю я, задыхаясь, на глаза наворачиваются слезы. Опускаю веки и понимаю, что ужас выкручивает мне кости до боли. – Я не хотела…

— Желания не важны, когда рушится жизнь. Оставь себе сочувствия, ангел. Уже поздно, в них нет необходимости.

Внезапно снизу раздается звонок в дверь – мое спасение, если судить по хищному взгляду Эйдена.

Пальцы его на несколько секунд сильнее сдавливают шею, довольно сильно, не давая вдохнуть.

— Бог мой, как тебе идет страх.

Звонок повторяется, он слушает его с раздувшимися ноздрями. Отпускает меня, резко оттолкнув, а сам отступает и складывает руки на груди.

Я лишь на секунду бросаю на него взгляд в зеркало, обращаю внимание на грубую щетину на подбородке идеальной формы и на завитки каштановых волос над ушами, затем поворачиваюсь и быстро завязываю халат.

— Кого-то ждешь? – спрашивает он, прислонившись к деревянному основанию кровати.

Я обхватываю себя руками и лихорадочно прикидываю, что стоит рассказать ему о своей жизни здесь. Стоящий передо мной Эйден явно не в себе и совсем не похож на кумира, под песни которого я засыпала в наушниках.