Книга Змеи и виртуозы, страница 98 – Сав Р. Миллер

— Ты всегда нервничаешь, когда я появляюсь. Будто не ожидаешь.

Она шумно сглатывает:

— Не знаю, что ты от меня хочешь. Сначала говоришь о страданиях, потом делаешь…

— Ты об оргазме?

— Да. – Щеки ее розовеют.

— Да. – Еще шаг, и мыски нашей обуви соприкасаются. – Секс нарушил твой покой, Райли?

— Из-за тебя мне некомфортно.

— Этого не может быть. Ты бы тогда не испытывала все это, будь тебе плохо.

— Может, я одна из тех, кому нравится боль.

Вижу, как моя рука поднимается и сжимает ей горло. Ровно настолько, чтобы воздух проходил, но с трудом.

— Хочешь узнать больше?

Сжимаю пальцы и представляю, что она сейчас глотает мою сперму.

— Я девственница, – произносит она тихо, и я понимаю, что она не собиралась мне признаваться.

Звуки повисают в воздухе между нами, прилипают друг к другу, как снежинки на земле. Оторопь заставляет меня опустить руку, вглядываюсь в ее лицо, надеясь увидеть признаки того, что она лжет.

— Но в твоей карте…

— Я никогда не спала с мужчиной, – твердо повторяет она, чуть опустив подбородок.

Мельком оглядываю шрамы на лице, вспоминаю тот, что на животе. Никогда в жизни я не был более растерянным.

Райли поправляет рукой волосы и отступает в сторону.

— Я зайду внутрь, подожду такси там.

— Я могу тебя отвезти.

Протягиваю руку и вижу, как она испуганно вздрагивает.

— Не лучшая идея.

Я призывно шевелю пальцами:

— Не узнаешь, пока не попробуешь.

Минуты тянутся одна за другой, к тому моменту, когда она кивает, у меня уже немеют пальцы на ногах. Она не касается моей руки, просто идет рядом, но на данный момент меня устраивает и это.

Каковы социально приемлемые рамки времени, когда можно позволять себя запугивать?

Тру глаза и удаляю слова в строке поиска. Не исключено, что Эйден установил жучок на мой ноутбук, а я не хочу давать ему лишние поводы для размышлений.

Надо признать, уже две недели после Дня благодарения он ведет себя неожиданно сдержанно; на выходные в гости приезжала Фиона, и я его вообще не видела, хотя допускаю, что он прятался неподалеку.

Оказаться в ореоле одержимости… довольно странно. Я большую часть жизни пыталась оказаться ближе к знаменитостям, надеясь почувствовать себя иначе в отблеске славы.

Теперь моя жизнь – графический дизайн, ванна с пеной и ненависть человека, которым я была увлечена в подростковом возрасте.

Если бы я ничего о нем не знала, возможно, отнеслась бы иначе. Но Эйден Джеймс очень, очень, очень хорошо скрывает, что он ненормальный.

Не могу отделаться от мысли, что я сама довела его до крайности, впрочем, в моем понимании три года – срок достаточный, чтобы справиться с собой.

Это же относится к тебе, Райли.

Выбираюсь из постели, накидываю махровый халат и спускаюсь вниз. В доме холодно, проходя мимо термостата на стене, отмечаю, что температура в помещении упала вместе с уличной.

Выдыхаю – изо рта, кажется, вот-вот пойдет пар.

Смотрю на себя в зеркало на лестнице, провожу руками по подбородку, где появились шелушения, сколько бы я ни наносила лосьон, ничего не помогает.

Подумываю позвонить Кэлу и попросить выписать мне какое-нибудь лекарство, но, с другой стороны, лучше все же обратиться к практикующему врачу. К тому, с кем можно поговорить о своих проблемах.

В голове засели намеки Эйдена о том, что он знает о внутренних рубцах, я вновь и вновь задумываюсь, что это значит.