Книга Сладкая месть под Рождество, страница 147 – Морган Элизабет

— Когда я буду трахать тебя сегодня, на тебе будет только ожерелье. – У меня перехватывает дыхание, а его взгляд скользит вниз по моему телу и останавливается на туфлях. – Хотя не только оно. Еще и туфли.

Я улыбаюсь ему.

— Я знала, что они тебе понравятся.

— Ты знаешь меня лучше, чем кто бы то ни был. – Он прижимается губами к моим волосам, а я пытаюсь запечатлеть в памяти наше отражение в зеркале, сожалея, что это не настоящий снимок. – Идем.

* * *

Спустя несколько часов мы сидим в Радужной комнате за большим столом, накрытым белоснежной скатертью. Мы уже успели невероятно вкусно поужинать, когда раздается стук металла по стеклянному бокалу.

Пришло время для ежегодной речи Саймона.

— Тише, тише! – говорит он, стоя перед нами с микрофоном в руке, который позаимствовал у диджея. – И снова благодарю вас за то, что пришли сегодня на праздник компании «Шмидт и Мартинес». За спиной у нас остался невероятный год, в течение которого мы помогали людям и находились на страже правосудия, и для меня огромная честь, что вы провели этот год рядом со мной. – В толпе раздаются радостные возгласы и одобрительный свист. – Каждый год я встаю перед вами, чтобы исполнить свой долг и поздравить каждого члена нашей большой и такой многогранной семьи. И каждый год я напоминаю вам о том, что делаю это один, потому что мой партнер Дэмиен не любитель напыщенных речей и всего в этом роде.

Я поворачиваю голову к моему мужчине, поддразнивая, улыбаюсь ему и подталкиваю его локтем. Он подмигивает мне в ответ, и его улыбка, как всегда, сногсшибательна.

— Но в этом году все немного иначе, – говорит Саймон, и я, продолжая смотреть на Дэмиена, прищуриваю глаза в замешательстве.

И тут он встает.

Дэмиен поправляет пиджак своего смокинга, застегивает его на одну пуговицу посередине. На его шее красуется светло-розовый галстук-бабочка.

И он идет к Саймону.

И берет микрофон.

Мой мужчина, с которым я встречаюсь вот уже три года, стоит с микрофоном в руке перед залом, полным сотрудников его компании, посреди рождественской вечеринки в Радужной комнате Рокфеллеровского центра.

— Спасибо, Саймон. Да, я обычно такими делами не занимаюсь, но здесь сегодня собрались все, и место просто шикарное, так что я подумал, что вы не станете возражать. – Мои руки дрожат. – Эбигейл, mi media naranja, подойди, пожалуйста.

Дрожь уже охватывает все мое тело.

— Я? – переспрашиваю я шепотом, но он все равно слышит меня.

Из груди Дэмиена вырывается смешок, и такой же прокатывается по всему залу.

Это то, о чем я думаю?

Вот блин.

— Да, ты. Подойди, – говорит он и протягивает руку в мою сторону.

Уже не знаю, как мне удалось встать, но я иду, цокая каблуками по мраморному полу, и поднимаюсь к Дэмиену. Он берет меня за руку, все еще держа другой этот чертов микрофон, а я смотрю Дэмиену в глаза, но вдруг мой взгляд переключается на то, что я вижу за его спиной.

У меня перехватывает дыхание.

За ним, прислонившись к стене, в тени стоит моя сестра. На ней темно-зеленое платье, а рядом с ней застыл ее муж и обнимает Ханну за талию.

Моя сестра здесь.

Она широко улыбается и показывает мне пальцы вверх.

Я перевожу взгляд обратно на Дэмиена, который убирает микрофон, чтобы его слова слышала только я.

Мне становится спокойнее.