Книга Сладкая месть под Рождество, страница 75 – Морган Элизабет

— Это потрясающе, Дэмиен, – говорит она тихим голосом.

Шум зала должен был поглотить ее слова, но они все равно долетают до моих ушей.

— Ты счастлива? – спрашиваю я, заправляя прядь ее волос за ухо, а потом кладу руки ей на талию.

Мне нравится, как она смотрится рядом со мной – сразу видна наша разница в росте, и ее розовая красота контрастирует с моей одеждой нейтральных и темных оттенков.

Идеальная противоположность.

— Более чем, – говорит она с улыбкой, которая меркнет, когда на ее лице появляется тревога и озабоченность. – Я и до этого момента была счастлива, клянусь. Нам было здорово, я просто…

Смеюсь и прижимаюсь своими губами к ее, чтобы она замолчала. Когда я отстраняюсь от нее, то замечаю ошарашенный взгляд, который вижу каждый раз, когда целую ее.

— Все хорошо, блонди. Здесь нечего объяснять. Ты хотела быть на концерте с подругами. И вот ты здесь. – Я замолкаю, предаваясь мыслям о ее изящных туфлях на чертовски высоких каблуках, которые будут на ней, когда я буду трахать ее позже. – И ты должна оставить у себя эти секси-туфли.

— Они и впрямь красивые, – говорит она мечтательным тоном, выставляет вперед ножку, и мы оба смотрим на нее.

— Они прямо как ты. Очень сексуальные. Очень розовые.

Она морщит нос в ответ:

— Я розовая?

— Разве нет? – спрашиваю я в замешательстве.

Она розовая. Если бы существовал человек, который олицетворяет какой-то цвет, то это была бы Эбигейл с розовым цветом.

— Розовый не очень… серьезный, – говорит она с таким видом, который я уже видел несколько раз до этого.

Ее взгляд становится отстраненным. Она перестает находиться рядом со мной, улетая в своих мыслях. К кому-то другому.

— Серьезный? – переспрашиваю я.

Не успевает она ответить, как Кэми, уши которой, должно быть, улавливают даже ультразвук, говорит, стоя неподалеку от нас с двумя бокалами для шампанского в руках.

— Ее бывший, тот еще придурок, сказал ей, что когда она надевает розовое, то выглядит недостаточно серьезно, чтобы он мог показываться с ней на людях.

— Кэм! – восклицает Эбби, отшагивая назад, и выхватывает у нее из рук пустой бокал. – Можно не вываливать подробности моих травматичных отношений на мужчину, благодаря которому мы проводим вечер в роскошной ложе Мэдисон Сквер Гарден? Боже!

Ее смущение вызывает у меня улыбку, но внутри начинает вскипать ярость.

— Твой бывший не разрешал тебе носить розовое? – с недоумением спрашиваю я.

— Да! – восклицает Кэт, и Эбигейл одаривает сердитым взглядом вторую подругу.

— Они преувеличивают. Он вовсе не «не разрешал». Просто… это не его любимый цвет, – говорит она и прикусывает нижнюю губу.

— Кажется, он и впрямь придурок, – я притягиваю ее обратно к себе и обнимаю одной рукой за плечи. Беру у нее бокал с шампанским, делаю глоток и возвращаю, а после говорю серьезным тоном, хоть на моих губах и играет улыбка: – Со мной будешь надевать розовое, хорошо?

Она смотрит на меня широко распахнутыми от удивления глазами, и я вдруг понимаю, как много это значит для нее. Важный момент.

В другом конце ложи Кэт выдыхает: «о-боже-мой!», но я не отвожу взгляда от Эбигейл, которая все еще смотрит на меня большими глазами.

— Да, блонди? – тихо спрашиваю я.

— Да, Дэмиен, – говорит она с легкой неуверенной улыбкой, когда свет на сцене гаснет и фанаты начинают кричать.