Книга Плохая няня, страница 75 – Тесса Бейли

Черт побери, он был таким горячим, твердым, упругим. Везде. Интересно, как такой мужчина занимался любовью? Наверное, быстро и яростно. Или, может, он умел и предпочитал растягивать удовольствие?

«Хватит гадать. Ты этого никогда не узнаешь».

Таллула закашлялась.

— Так… я не очень разбираюсь в подобных вопросах, но разве тебе не стоит рассказать об этом вашему спортивному врачу? Или хотя бы тренеру?

— Стоит. – Ей, наверное, не стоило заставлять Берджеса говорить с ней – от удовлетворения в его голосе по всему ее телу разбегались мурашки. – По контракту я даже обязан сообщать о любых травмах, так что, по правде говоря, я его уже нарушаю.

— И почему ты об этом никому не сообщаешь?

— Не все так просто.

— Думаю, у них есть что-нибудь посерьезнее, чем ибупрофен.

— Еще как есть. Уколы, таблетки, физиотерапия. – Его мышцы напряглись под ее пальцами, и она инстинктивно попыталась размять их. – Но я и без этого дерьма обойдусь.

Таллула нахмурилась, но промолчала. Ей не нужно было спрашивать вслух – он и так знал, о чем она думает.

Глубоко вздохнув, Берджес продолжил:

— Не хочу быть одним из тех ветеранов, которые на льду держатся на одной изоленте. Раньше мне их и самому было жаль. На последнем издыхании, с кучей травм, обколотые обезболивающими. Если ступлю на путь реабилитации, то уже не остановлюсь. Как только мое тело поймет, что все еще можно исправить, оно тут же начнет разваливаться.

— Вау.

— «Вау»?

Она провела пальцем вверх по его позвоночнику, и Берджес зашипел.

— Я, конечно, не врач, но почти уверена, что современная медицина и человеческая физиология так не работают. Не думаю, что наши тела способны обращаться против нас же самих.

— Конечно, ты так не думаешь, тебе ведь всего двадцать шесть.

Таллула закатила глаза.

— Хватит вести себя, как будто тридцать семь – это возраст хранителя склепа. Я опущу твои шорты на пару сантиметров, ладно?

Берджес хрипнул и снова напряг мышцы.

— Хочешь, открою тебе секрет? Тридцать пять плюс – самый что ни на есть золотой возраст для мужчины.

Она засунула пальцы под пояс его шорт и слегка опустила их, обнажив две ямочки у основания его позвоночника… и верх его ягодиц. Совсем чуточку, Таллула видела только тень между ними, но ей и этого хватило, чтобы усомниться в собственном здравомыслии.

Зачем она подвергает себя испытаниям плоти, если не может вкусить ее по-настоящему?

— Как я уже сказала, тридцать пять – время расцветать. Женщины часто ищут мужчин именно твоего возраста, потому что вы уже переросли любые глупости. Мужская зрелость очень привлекательна.

— Я-то думал, мы обсуждаем мой возраст в контексте хоккея. – Он оглянулся через плечо, высоко подняв бровь. – А ты решила незаметно сменить тему, я правильно понимаю?

Упс. Может, ты хоть попытаешься объективизировать его чуть менее очевидным образом?

Запутавшись в собственных мыслях, она вдавила пальцы в новый открывшийся ей участок спины Берджеса, и он резко развернулся, с громким стоном ухватившись за стол.

— Черт его дери.

— Вернемся к хоккею, – бодро сказала Таллула. – Это правда единственная причина, по которой ты не рассказываешь о своей травме? Боишься, что лечение запустит цепную реакцию?

— Я наверняка знаю, что запустит. И… да. Это единственная причина.