Книга Разбейся и сияй, страница 50 – Сара Штанкевиц

Я ускоряю шаг и в третий раз за последние несколько минут ощущаю вибрацию телефона в кармане брюк. И в третий раз не обращаю внимания. Кэмерон наверняка безумно встревожен. Больше всего мне хочется написать, что он не виноват. Но не могу. Пришлось бы сделать остановку, а мне нельзя останавливаться.

Чем ближе я к университетскому кампусу, тем меньше у меня остается сил. Ноги превращаются в студень, ветер режет лицо. Если раньше я сравнивала дуновение ветра с руками Кэмерона, то теперь мне кажется, что меня наотмашь бьют кнутом.

Добравшись до комнаты в общежитии и закрыв за собой дверь, я сползаю по стене на пол. Кожаная куртка Кэмерона создала иллюзию, которую мне безумно хотелось превратить в реальность. Я вообразила, что у нас все будет хорошо, что в поисках близости с другим мужчиной нет ничего предосудительного.

Снова вибрирует телефон. Я достаю его дрожащими пальцами и сначала читаю сообщение в WhatsApp от лучшей подруги.

Скай: Мы созванивались три часа назад. Надеюсь, ты провела эти три часа с мистером, который учится, чтобы произвести впечатление на учительницу, и так аппетитно выглядит? Я просидела три часа как на углях и до сих пор не в курсе подробностей! Что у тебя??? Или ты все еще с ним? О боже, уж не сексом ли вы занимаетесь?

В других обстоятельствах сообщение Скай вызвало бы у меня улыбку, однако сейчас мне не до веселья. Я нажимаю на ее имя и делаю звонок. Подруга почти сразу отвечает на звонок.

— Очевидно, секса все-таки не было? Или я не угадала? Ты звонишь, чтобы сказать: «На помощь, спасите меня»? Готова разыграть ситуацию, будто у тебя случилось ЧП.

Мне кажется, что монолог Скай никогда не закончится. Услышав, что я плачу, она перестает смеяться.

— Эй, крошка! Что случилось?

— Кэмерон, – шепчу я.

— Что с ним? Он тебя обидел?

Тревожные звоночки в голове Скай буквально слышны даже в моей комнате, хотя ее квартира расположена на приличном расстоянии от кампуса.

— Нет, – шепчу я. Конечно не обидел. Просто был честен, чудесен и вообще слишком хорош.

— Тогда в чем дело?

Заботливый голос Скай обволакивает меня словно одеяло. Комок в горле становится не таким плотным. Хотя дышать по-прежнему еще тяжело, моим легким досталось во время пробежки. За сегодняшний день я определенно пробежала полмарафона. Завтра-послезавтра организм отблагодарит.

— Он… он тоже служил в армии.

Я вытираю слезы тыльной стороной ладони.

— Ох!

Иногда Скай тараторит, глотая точки и запятые, но сейчас у нее, похоже, отнялся язык.

— Я знаю, что он не Мейсон и что я ничего дурного не сделала, но, когда он сказал мне, что тоже был на фронте, меня чуть не прикончила совесть.

Больше я ничего не могу выдавить из себя, мои чувства невозможно описать словами. Во мне бушует целый вихрь чувств – паника, тоска, ощущение вины, стыд. Паника, потому что я надеялась больше не испытывать ничего подобного. Тоска, потому что не могу сопротивляться своему желанию. Чувство вины из-за того, что я предаю память о Мейсоне, хотя на момент его гибели мы уже расстались. И стыд, так как я просто убежала, не объяснив Кэмерону суть проблемы. Теперь он, должно быть, считает меня сумасшедшей.

— Ты рассказала ему, что случилось с твоим бывшим парнем?

— Нет, – едва слышно отвечаю я. – Только сказала, что он погиб, но не сказала как. Я пока не могу с ним об этом говорить. И просто убежала.