Книга Взлетай и падай, страница 67 – Сара Штанкевиц

— Пэм? Поможешь мне ее усадить?

— Да, конечно. Господи, Картер, надеюсь, это безопасно. А иначе я тебе шею сверну! – грозит мама.

— Я хоть раз подвергал Скай опасности?

— Нет, – хором отвечаем мы с мамой.

Картер помогает мне усесться на байк. Ноги Картер аккуратно ставит на держатели, и пока мама меня усаживает, он приносит два шлема. Он дает один мне, второй надевает на голову, садится передо мной и заводит мотор. «Харлей» приветствует нас рычанием, и я руками чувствую вибрацию.

— Я пристегну тебя к себе, ладно, Скай-Скай?

Мама помогает обернуть красный ремень вокруг моей талии, Картер защелкивает его у себя на животе. Я крепко прижимаюсь к его спине и не могу дождаться того момента, когда ветер ударит в лицо. Скорее бы почувствовать скорость и покалывание, которое я ощущаю каждой клеточкой своего тела.

— Если хочешь, можешь держаться за меня. – Картер перекрикивает ревущий мотор.

Слышно, что Картер настроил мотоцикл под себя, мотор рычит, как дикая хищная кошка. Я, не колеблясь, обхватываю Картера за талию и кладу голову на его широкую спину. Меня окутывает аромат Картера, предвкушение свободы, которая скоро вновь наполнит мои легкие.

* * *

— Я просто не могу поверить!

Мы уже приехали, но в ушах все еще стоит рев мотоцикла. Картер отстегивает ремень, встает и следит, чтобы я не упала с «Харлея».

— Ну как? – интересуется он.

Видно, что он боится моего ответа. Картер ненавидит разочаровывать людей. В детстве он после каждого приступа гнева на целый день запирался в комнате, потому что его сжирало чувство вины. Обычно мне удавалось убедить его, что никто не злится, но иногда стыд был сильнее.

— Невероятно! – кричу я на весь пляж.

Прямо передо мной простирается Кристал-бич, пляж, на который нас с детства возила Пенелопа. Здесь был сделан снимок с моей фотостенки. Здесь Картер впервые пробовал флиртовать, получил первые отказы и первый поцелуй от девочки по имени Клементина. После поцелуя она скорчила недовольную физиономию, потому что от Картера пахло мороженым с клубникой, а ей нравилось только шоколадное.

— Да, надо сказать, я чертов гений, – произносит Картер и гордо поглаживает себя по плечам.

— Так и есть. – Я влюбленно улыбаюсь.

— Но перейдем к важному. Хочешь в море?

«Я еще много чего хочу», – проносится у меня в голове.

Я восторженно киваю, и когда слышу тихий шелест волн, то чувствую, что вернулась домой.

— Еще бы! Неси меня к воде, Картер. Ты же знаешь, какая я нетерпеливая!

Он снимает с меня шлем и вешает его на руль. Затем снимает меня с «Харлея» и несет на руках к дюне. Я чувствую, как его ноги касаются песка. Радостно закрываю глаза и представляю, что иду по пляжу своими ногами.

— Разуйся! – говорю я уверенно.

Картер повинуется, скидывает обувь и пытается без рук снять носки. Когда он босиком встает на песок, я пристально смотрю ему в глаза.

— Какой он? Опиши. Опиши мне песок, – тихо прошу я.

На пляже практически пусто, лишь несколько силуэтов наслаждаются солнцем, скрывающимся за горизонтом.

— Теплый, – протягивает Картер. – Теплый и… песчаный.

— Ну и ну! – Я смеюсь и качаю головой. – Тебе еще какие-нибудь прилагательные приходят в голову, писатель года? Как ты книгу писать собираешься?

Я дразню Картера, но тут же об этом жалею, потому что он срывается с места и бежит. Мелкий песок летит во все стороны, а он мчится к бескрайней синеве.