Книга Зимнее солнце, страница 125 – Бейза Аксой

Я заметила, что Кунт тоже принял душ и переоделся. На нем были черные брюки и белая рубашка с расстегнутым воротником. Когда он убрал руку от лица, после того как потер лоб, наши взгляды встретились.

— Пожалуйста, – сказал смуглый мужчина, положив газету на журнальный столик, стоявший в центре гостиной, и отошел в сторону. Сразу же после этого вошла госпожа Айшен с подносом. Посмотрев на смуглого мужчину напряженным взглядом, она направилась ко мне и протянула поднос.

— Дочка, я принесла тебе кофе.

Пробормотав тихое «спасибо», я взяла белую чашку. Это был черный фильтрованный кофе, и я бы с удовольствием добавила в него молока, но сейчас моя голова была занята другими вещами, и я не могла отвлекаться на мелочи. Тасмас? Карам? Русский боксер? Роман Владимиров? Приглашение от президента? Турецкая и российская разведки?

Как в этом разобраться?

— Добро пожаловать, дочка. Не стой там, проходи, присаживайся и давай поговорим. – Али Фуат указал в сторону Кунта, сидевшего в углу большого дивана. Пройдя мимо него, я заняла место рядом, сохранив небольшую дистанцию, и осмотрела комнату. Это была просторная, но минималистичная гостиная, где древесные тона лаконично сочетались с белым цветом. За диваном, на котором я разместилась, была большая стеклянная стена, через которую открывался вид на обширный сад.

— Вот, взгляни, – обратился Кунт к Али Фуату, делая глоток из чашки. – Это та самая газета.

Эфес бросил газету перед Али Фуатом, а я перевела на него взгляд.

— Да, я тоже видел этого человека. Но он всегда проходил без документов. Мы не знаем ни его имени, ни какой-либо другой информации… У нас есть только эта фотография.

— Я общался с владельцем газеты, – сказал Эфес. – Эту фотографию сделал независимый журналист и продал ее одному из редакторов. К утру газета была напечатана, но, как мы знаем, ее изъяли из продажи прежде, чем ее отправили дистрибьютерам. Автор фотографии исчез, а редактор отказывается давать какие-либо комментарии.

— Минутку, минутку, – удивленно перебила я, глядя на Али Фуата; взгляд карих глаз Кунта был обращен на меня. – Разве не вы отправили эту газету в дом в Кайрадаге?

— Нет, – произнес Али Фуат, откидываясь назад и слегка покашливая. – Я даже не видел эту газету. Отправитель явно хочет докопаться до правды. Скорее всего, это кто-то, кто получит от этого выгоду. Либо у него иной мотив, о котором мы не знаем. Не исключено, что это кто-то из друзей Карама, однако уверенности в этом нет. Мы должны действовать предельно осторожно.

В этот момент у Эфеса зазвонил телефон. Ответив на звонок и произнеся несколько фраз, он завершил вызов и повернулся к Кунту.

— Сын господина Хильми зарезервировал на сегодня ложу в ночном клубе в Бебеке.

Господин Хильми – это тот самый первый тренер, который пропал и сменил номер телефона…

— А где сам господин Хильми?

— Его не видели со дня похорон, – сказал Кунт, посмотрев мне в глаза. – Вместе с ним пропали и несколько спортсменов, которых он тренировал. Нам надо поговорить с остальными и выяснить, что им известно.

— Я переговорю с ребятами. – Эфес кивнул в сторону двери. – Выбьем из них все, что они знают.

— Не такими методами, Эфес, – перебил его Кунт. – Мы должны пойти и поговорить по-хорошему. Они знают Караджу. Нам нужно просто убедиться, что они будут держать язык за зубами и не раскроют ее личность. Несмотря на то что парни из нашей академии немногословны, мы не знаем, кто и за какую цену может раскрыть рот. Нужно это понять. – Он повернулся ко мне. – Этот ваш адвокат, что он из себя представляет? Может ли он выдать тебя, если на него окажут давление?