Книга Королевы и монстры. Шах, страница 28 – Джей Ти Джессинжер

Он смотрит на меня со странным выражением. Не пойму, это ужас или недоумение.

— Может, Деклан позволит мне воспользоваться кухней? Я люблю готовить. Я могла бы приготовить что-нибудь для всех вас, ребят. Для всей команды. Когда ты в последний раз ел домашнюю еду?

Киран открывает рот, на секунду задумывается, а потом снова его закрывает.

— Я так и думала. Слушай, убеди Деклана дать мне воспользоваться кухней, и я все устрою, ладно? А если он не согласится, просто скажи, что у нас с тобой уговор. Помнишь, в самолете? Если хочешь от меня чего-то – можешь попросить. Твой босс любит раздавать приказы налево и направо, а я такое не очень люблю, но у нас-то с тобой все чики-пуки.

— Чики…

— Это значит, что мы друзья.

Он бы не смог изобразить большее удивление, если бы захотел.

— Да?

— Да.

— А.

— Вот. И если Деклан не захочет пускать меня на кухню, потому что там ножи и я могу напасть на него с тесаком, ты просто можешь попросить меня отдать их тебе, и никаких ножей на кухне не будет. Ну, или еще чего-нибудь. Это просто пример. Смысл в том, что я отнесусь с уважением к твоейпросьбе, потому что ты сформулируешь ее в вежливой форме. Уважительно. Да?

— Эм… Да.

Он совершенно не понимает, что происходит. Честно, на свете нет ничего трогательнее, чем озадаченный мужчина. Особенно здоровый и вооруженный.

Я улыбаюсь, снова благодарю его и провожаю до двери. Он уходит, окутанный туманом неопределенности.

Через двадцать минут, как раз когда я заканчиваю есть, в комнату врывается Деклан.

— Что ты сделала с Кираном? – орет он.

— Moi^[5]? – невинно спрашиваю я.

— Ага, ты.

— Что ты имеешь в виду?

Мой тон оскорбленного удивления его настораживает.

— То, что вошел он в комнату, работая на меня, а вышел, работая на тебя! Он внезапно решил, что он твой чертов дворецкий!

— Я предпочитаю слово мажордом.

Глаза Деклана превращаются в щелки.

— Не испытывай судьбу, подруга.

— Ой, не раздувай из мухи слона, гангстер. Я всего лишь выразила желание чего-нибудь для них приготовить. Ты винишь парня в том, что ему захотелось немного домашней еды?

Когда он продолжает молча стоять и в ярости глядеть на меня, я добавляю:

— Мне кажется, кому-то лучше за ним присмотреть. Полагаю, у него с давлением тоже непорядок.

Я практически вижу, как у Деклана от нервов выпадают волосы – прядь за прядью.

Мило улыбаюсь ему в ответ.

— Никаких новостей по поводу моей одежды? Я бы сейчас убила за пару легинсов.

— Тебе лучше не трогать тему убийств, – бормочет он.

Господи, как же приятно залезть прямо ему под кожу. Думаю, это станет моим любимым развлечением. Моя улыбка становится все шире.

— А знаешь, что я думаю?

— Что бы ты ни собиралась сказать – не надо.

— Я думаю, тебе просто нужен был повод снова меня увидеть.

— А я считаю, что назвать тебя идиоткой будет слишком большим комплиментом.

Я смеюсь.

— Неплохо. Сколько времени ты разбирался, как пользоваться интернетом, чтобы найти эту шутку, дедуля?

— Твои родители – брат и сестра, да?

— О, смотри-ка, у нас наконец есть что-то общее!

Его лицо краснеет. Опущенные кулаки сжимаются. Он стоит и глядит на меня в холодном немом гневе, тяжело дыша и еще крепче стиснув зубы.

Наконец-то. Сейчас Деклан упадет замертво от злости.

Затем я встаю, вытираю руки полотенцем и делаю шаг к нему. Заглянув в его разозленное лицо, говорю: