Книга Нью-Йорк. Карта любви, страница 91 – Ками Блю

— Говард, какого хрена ты сюда приперся?! – Оборачиваюсь, намереваясь вытолкать его взашей, но понимаю, что могу либо выталкивать, либо прикрываться – одно из двух.

Мэтью какое-то время смотрит на мои голые плечи и спину, а я прикрываю руками грудь.

— Так не пойдет, – произносит он.

Он тоже полуголый. Я с трудом сглатываю, пробегая взглядом по мускулистым рукам и груди, кубикам на животе, по четким очертаниям мышц. Он натянул латексный комбинезон только до пояса, и я вижу букву «V», сходящуюся к паху. Вот дерьмо! И куда вдруг подевался весь воздух в магазине? Я задыхаюсь, мой румянец наверняка сгустился на десять оттенков по шкале красного.

— Дар речи потеряла? Отвечай! – ярится Говард.

Если он о чем-то меня спрашивал, мой мозг этого не зарегистрировал. Может быть, даже напрочь вышел из строя. Отказ двигателя, техническая неисправность, мэйдэй, мэйдэй! К тому же я ошиблась с размером, эластан слишком плотно облегает его пах, и у меня во рту внезапно пересохло.

Пытаюсь прийти в себя, обоснованно подозревая, что пожираю его глазами.

— Повтори вопрос.

Он фыркает, его ноздри расширяются от гнева.

— Я выгляжу как человек весом сто семьдесят пять фунтов и ростом пять футов и девять дюймов? Ты настолько близорука, Митчелл?

Действительно, комбинезон не только узок в бедрах, но и короток. Эпатажная розовая ткань заканчивается выше икры, усиливая комичный эффект.

— Не говоря уже о том, что я вот-вот сварюсь в этой чертовой смирительной рубашке, – повышает голос он.

— Во-первых, выметайся отсюда, иначе я позову продавца и пожалуюсь на домогательства. Во-вторых, думаешь, ты один догадался почитать отзывы в Интернете?

Его глаза превращаются в узкие щелочки, того и гляди прожжет меня лазерными лучами. Делает шаг ко мне. Красная занавеска задвигается, и мы остаемся наедине в моей кабинке. Мэтью угрожающе нависает надо мной, и я невольно прижимаюсь спиной к зеркалу, однако эффект, который все это на меня производит, можно назвать каким угодно, только не пугающим. Судорожно ищу язвительные слова, чтобы восстановить дистанцию, но чувствую, что мои колени и рассудок вот-вот меня предадут.

Мэтью слишком рядом и слишком обнажен.

Вот, Грейс, чем могут закончиться ваши препирательства. А еще клялась не реагировать на провокации. Отличная работа!

— Ну ты и стерва. Нарочно ошиблась с размером? – Его хрипловатый низкий голос щекочет мне нервы.

— Вполне адекватный ответ. Русалочий костюм ужасен, в нем вообще ходить невозможно! – отбиваюсь я, пытаясь совладать с обезумевшим от его близости сердцем.

Он все напирает, его грудь касается костяшек моих пальцев, которыми я прижимаю к себе ракушки.

— Я полуголая, Мэтью, уходи, – урезониваю я.

В ответ он улыбается, прикусывая нижнюю губу:

— Ты только что опять назвала меня по имени, Митчелл.

Блин, и правда.

— Ты бесишь меня, как никто на этой планете. Я забылась.

Его колено упирается в рыбью чешую, вдавливая треклятый хвост между моих бедер. И ведь он сознательно это делает, гад. Его рот совсем близко от моего.

— Ненавижу тебя, – лепечу я.

— Твоя проблема.

— Мы только что разыграли сцену из «Гарри и Салли».

— Только она потом признается в своих истинных чувствах, говоря, что кажется, его любит.

Дыхание Мэтью ускоряется. Непреодолимое болезненное желание охватывает мой живот и ползет вниз…