Книга Искушаемая дьяволом, страница 97 – Мишель Хёрд

Я тянусь к нему и сжимаю его руку:

— Ты не виноват, Тини. Ты же был в больнице. Прости, что заставила тебя так волноваться.

Он сжимает мою ладонь своей большой рукой, и на мгновение мне кажется, что он вот-вот заплачет.

— Я больше никогда не оставлю тебя одну, – тихо произносит он.

Чувствуя, что меня любят, я слегка улыбаюсь:

— А я никогда никуда не поеду без тебя.

В гостиную входит Большой Рикки с маленькой тарелкой и двумя подгоревшими тостами.

Рита ахает, и я понимаю, что она тоже здесь.

— Нет, нет и нет! Виттория не будет такое есть! – ругает она Большого Рикки. – Дай сюда.

Рита хватает тарелку и спешит на кухню.

Большой Рикки бросает на меня извиняющийся взгляд.

— Все в порядке, – успокаиваю его я. – Можно тебя попросить об одолжении?

— Проси все, что хочешь.

— Можно мне кофе?

— Сейчас сделаю! – отвечает он и кидается обратно на кухню.

— Ты вертишь всеми в этом доме, – смеется Анджело.

— Тини, как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я, отпуская его руку и прислоняясь спиной к груди Анджело.

— Я в порядке, – бормочет он. – Я больше беспокоюсь о тебе.

— Со мной все будет хорошо.

— Садись на диван, Тини, – приказывает Анджело. – Что сказал доктор?

— Что мне можно выписываться, – отвечает Тини, пересаживаясь на ближайший ко мне диван. – Еще он сказал, что я могу есть все, что хочу.

— Ага, конечно, – бормочет Анджело, еще крепче обнимая меня. Он опускает взгляд и какое-то время пристально смотрит на меня. – Вам обоим всю следующую неделю запрещается выходить из дома.

Мои губы растягиваются в улыбке.

— Мы что, наказаны?

— Да. – Глаза Анджело все еще полны беспокойства.

Рита входит в гостиную и протягивает мне тарелку.

— Спасибо, – с улыбкой благодарю я, увидев тост со сливочным сыром.

Через минуту Большой Рикки приносит мне чашку с дымящимся кофе.

— Вы меня балуете, – бормочу я, откусывая кусочек тоста.

— Мы так волновались, – говорит Рита, топчась на месте возле кофейного столика.

Я с трудом проглатываю тост и делаю глоток кофе, глядя на людей, которые стали моей семьей.

— Из-за вас я сейчас расплачусь, – дрожащим голосом шепчу я.

— Почему? – спрашивает Анджело, и у него на лбу появляется озабоченная морщинка.

— Потому что я чувствую, что меня любят.

Анджело берет меня за подбородок и, когда я встречаюсь с ним взглядом, говорит:

— Тебя очень любят, детка.

— Все на выход, – приказывает Большой Рикки.

Тини с ворчанием подчиняется, и я слышу, как он спрашивает Риту:

— Что у нас на обед?

Я не слышу, что она отвечает, потому что я полностью сосредоточилась на Анджело.

— Почему ты на меня так смотришь? – спрашивает он, слегка наклоняя голову.

Я качаю головой и откусываю еще кусочек тоста. Когда я проглатываю, Анджело приподнимает мое лицо, чтобы посмотреть мне в глаза:

— Скажи словами.

Уголки моих губ ползут вверх, а по моей шее разливается жар.

— Тебя тоже любят, – говорю я.

Я наблюдаю, как Анджело сводит брови и постепенно осознает, что я пытаюсь сказать. Уголки его рта приподнимаются в сексуальной улыбке.

— Правда?

Я ставлю чашку и тарелку на кофейный столик, забираюсь к нему на колени и обвиваю руками его шею. Я делаю глубокий вдох и встречаю его пристальный взгляд.

— Вчера я решила, что потеряла тебя, и это разбило мне сердце.

Анджело подносит руку к моей шее и проводит большим пальцем по моей коже.