Книга Даже когда я уйду, страница 53 – Николь Фиорина

Мэдди хихикала где-то позади меня, они с Олли пришли вместе.

— Как ужасно, – прошептала Брия.

Я пожала плечами и позволила тишине завладеть моментом.

Несколько студентов сказали о Хейдене пару слов. О Ливи никто ничего не сказал, потому что Ливи толком никто не знал. Я посмотрела на стоящего вдалеке Итана – его взгляд блуждал где-то не здесь, он потерялся в другом месте и в другом времени. Лицо его превратилось в маску, скрыв все мысли. Пальцы на поясе сжались, костяшки их побелели.

— Я сейчас вернусь, – прошептала я девчонкам.

Я выскользнула из круга незамеченной и встала рядом с Итаном. Он смотрел вперед. Мы оба смотрели на круг людей с холма. Я схватила его за руку и сплела наши пальцы за его спиной. Он медленно выдохнул и закрыл глаза.

Мы простояли так до самого конца бдения – Итан неровно дышал, чуть приоткрыв губы. Знак моего утешения скрыт от всего мира, но Итан в нем нуждался.

Ветер потревожил пламя свечей, которые держали в руках работники Долора.

Слова закончились, но наступившая тишина оглушала. Олли поднял взгляд и прищурился, глядя на нас с Итаном. Лицо его исказила гримаса боли.

А потом облака чуть рассеялись, и пошел дождь.

Круг из студентов распался: все побежали к школе, на холм, но мы с Итаном застыли на месте. Его рука сжимала мою, не желая ее отпускать.

— Давай-ка их всех посчитаем, – к нам подошел другой охранник, окинув Итана любопытным взглядом.

Он выпустил мою руку и посмотрел на охранника, наконец открыв рот впервые за последние двадцать минут.

— Сейчас иду, Джерри.

Джерри кивнул, а потом отошел. Небо рушилось. Остальные студенты мелькали мимо нас, словно во сне.

Итан повернулся ко мне.

— Ничего не говори. Я поняла, – произнесла я.

Ему было сложно признаться в том, что он нуждается в близости. Нуждается в ком-то. Не то что поблагодарить. Но со мной ему и не нужно было произносить всего этого вслух.

Итан покосился на то место, где студенты образовали круг, а потом снова поймал мой взгляд.

— У тебя пять минут для того, чтобы вернуться в комнату.

Я проследила за взглядом Итана и обнаружила там Олли: он стоял у подножия холма, спиной к нам.

— Пять минут, Джетт.

Прошел месяц с нашего последнего с Олли разговора, не считая того вечера в душе, потому что тогда мы и двух слов не связали.

Я подошла к Олли. Он снял свою худи и остался стоять в белой футболке, промокшей насквозь и прилипшей к его коже. Татуировки с птицами выбрались на свет. Он опустил голову, когда я подошла.

— Ты с ним трахаешься? – резко спросил он, глядя куда-то вдаль.

— Нет, – тут же ответила я и встала перед Олли.

Он поднял свой безразличный взгляд и чуть склонил голову, сжав худи в кулаке.

— Ты мне врешь?

— Нет.

Он выдохнул и сморгнул капли дождя.

— Ты в порядке?

— Не знаю… Нет… Не думаю.

Олли отвернулся и покачал головой. Где-то вдалеке пронесся по небу гром.

— Ненавижу это, – заявил он, словно его совсем не волновала погода. – Черт подери, Мия… я наделал делов. Я натворил…

Я схватила его за запястье, не дав договорить.

— Прошу. Я не хочу ничего знать.

— Я скучаю по тебе, – тут же выпалил он. – Скучаю до боли.

Он нахмурился и еще крепче сжал кулаки.

— Помнишь, каково нам было? Тебе так же больно от мыслей обо мне, как мне – от мыслей о тебе? Или тебе что-то помогает эту боль облегчить? Думаешь ли ты обо мне вообще? Потому что мне кажется, что я переживаю все это в одиночку.