Книга Бесчувственный Казанова, страница 68 – Л. Дж. Шэн

— Что же тебя привело? – спросил я.

— Я взялся за подработку для городского журнала. Нужно сделать несколько снимков зданий и пейзажей в Испанском Гарлеме. Подумал, вдруг ты захочешь составить мне компанию.

— И с чего ты так решил? – Я скрутил себе сигарету. Чарли задержал на ней взгляд и поморщился. Вот это поворот. Снобом он мне не показался.

Чарли был довольно приятным, но немного навязчивым для человека, который едва меня знал.

— С того, что уверен: ты с ума сходишь от жизни в четырех стенах, – непринужденно ответил он. – Раньше я тоже путешествовал по всему свету. До сих пор не избавился от этой навязчивой идеи.

Неужели он – это я через двадцать лет? Черт, надеюсь, что нет. В его глазах таилось что-то темное. Как у изможденного ребенка-актера, переросшего дни своей славы.

— Вообще, было бы неплохо отдохнуть пару дней, – протянул я.

— Да, неплохо. – Он добродушно улыбнулся.

Чарли прав, но это все равно не значило, что я хотел проводить время с этим незнакомцем. Я собрался жениться на ком попало. Незачем водить дружбу со всеми жильцами гребаного здания.

Видимо, уловив сомнение в моем лице, Чарли закатил глаза.

— Я куплю тебе пиво.

— И обед. – Я и впрямь легко вжился в роль бедняка.

— Недорогой. – Чарли пригрозил мне пальцем. – Иначе уйду в минус с этой работой.

— Ладно, но я выберу место. – Я подхватил рюкзак с пола.

— Твое счастье, что мне нравится тебя кормить. – Чарли уже начал спускаться по лестнице.

Я взял на заметку, что нужно сказать ему: я исключительно гетеросексуален.

* * *

Через полчаса мы оказались на Лексингтон-авеню. Стоял беспощадно жаркий день. Настолько, что впору задаться вопросом, не приходился ли Нью-Йорк районом ада. Чарли фотографировал детей за игрой (без лиц, иначе я бы доложил властям), маленькие торговые лавки и разрисованные граффити здания, в которых я увидел больше индивидуальности, чем во всех коллегах Даффи из WNT вместе взятых.

Я взял с собой камеру и тоже сделал несколько снимков. Закончив, мы перешли улицу от ряда продуктовых киосков к небольшому кафе. Уже почти подошли к двери, как вдруг кто-то открыл пожарный гидрант.

Литры воды хлынули всюду, заливая улицу огромными лужами. Толпа детей и подростков побежала к нему, сняв рубашки, и принялась брызгаться друг в друга. Мы с Чарли переглянулись. Оба подумали об одном. Получится невероятный кадр. Мы одновременно достали камеры и молча приступили к работе, отойдя так далеко, что на фотографиях отразились лишь проблески движения. Примерно через пару минут Чарли протянул мне свой скромный Nikon D5600.

— Подержишь?

Я убрал его камеру в рюкзак и стал смотреть, как этот пожилой, совершенно чокнутый мужчина мчится к детям.

Он влетел прямо в толпу детей, слегка прихрамывая, будто еще в юности перенес травму, и стал прыгать по лужам, окатывая их водой. Дети смеялись и тянули его во все стороны, призывая поиграть с ними. При иных обстоятельствах я бы взглянул на это и подумал, что такое должно быть запрещено законом во всех пятидесяти штатах. Но не мог не замечать, что Чарли в тот миг просто источал невинность. В какой-то момент один из ребят запрыгнул ему на спину. Чарли прокатил его, бегая вокруг гидранта кругами и издавая звуки сирены.

— Теперь я, теперь я! – закричал его друг.