Книга Младшая сестра, страница 165 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

— Моя невестка в таких подробностях доложила вам о моих обстоятельствах, что нет смысла притворяться. Вы упомянули о месте, которое, кажется, вполне мне подойдет, если вы действительно сможете замолвить за меня словечко, как обещали.

— Мне жаль, что вы подслушали наш разговор, который, боюсь, мог показаться вам бесцеремонным и дерзким, – отметил мистер Морган с поистине отеческой серьезностью и неподдельной добротой, – однако миссис Уотсон привыкла поверять мне свои семейные тайны. Хотя я, разумеется, не имею права вмешиваться в ваши личные дела, все же позвольте сказать: всякий, кто имел удовольствие беседовать с вами хотя бы полчаса, непременно проникнется к вам интересом и захочет сделать все возможное, чтобы услужить вам.

Эмма с улыбкой заметила:

— Если вы и впрямь хотите услужить мне, мистер Морган, то первым делом откажитесь от комплиментов и любезностей. Приберегите их для тех, кому не сумеете помочь иным способом, и говорите со мной по существу.

Доктор тоже улыбнулся:

— Что ж, оставлю лесть для миссис Уотсон, ведь эта дама не отвергает ее с таким презрением.

— Тише! Я не допущу насмешек, – предупредила Эмма. – Миссис Уотсон меня приютила, и я не должна выслушивать колкости в ее адрес. Но скажите, если знаете: каких именно качеств требует леди Фанни от гувернантки своей маленькой дочери?

— Прежде всего, нужны молодость, здоровье и благонравие. Затем прекрасные манеры, развитый ум, глубокое знакомство с английской литературой, познания по части изящных искусств, любовь к поэзии и природе. Помнится, представленный ею перечень был именно таков, и к нему она не прочь добавить образованность, хотя и не настаивает на этом. Как отлично известно леди Фанни, многие женщины умеют играть на разных инструментах не хуже музыканта-любителя, прилично рисуют или пишут картины и сносно владеют современными языками, однако не более чем одна из десяти достигает такого совершенства, что способна с успехом преподавать подобные науки. Большинство женщин способны освоить не более одного предмета, а те, кто притязает на большее, скорее всего, потерпят неудачу в каждой из областей.

Эмма слушала и мысленно задавалась вопросом, отчего доктор ни слова не сказал о принципах, морали и религии будущей гувернантки. Или леди Фанни это безразлично?

— Вы молчите, мисс Уотсон, – продолжал мистер Морган, заметив ее опущенный взгляд и задумчивое выражение лица. – Быть может, перечень пришелся вам не по душе или вы не уверены, насколько точно я его изложил?

— Нет, вообще‑то я размышляла о том, под силу ли мне подобная задача.

— Вряд ли вам стоит сомневаться в себе, судя по тому, что я успел узнать о вас.

— Не скажу, что вы узнали слишком много, мистер Морган. Те, кому потребуются сведения обо мне, сочтут, что впечатлений одного вечера недостаточно, пусть даже вас они вполне удовлетворили.

— Вы отказываете мне в той мере проницательности, на которую я притязаю, если предполагаете, что мои впечатления ограничиваются сегодняшним вечером. Возможно, вы никогда раньше меня не видели, и тем не менее мы давно знакомы: вам невдомек, что я близкий друг вашей маленькой племянницы и пользуюсь ее безграничным доверием.

— Что ж, тогда я припишу вам ту меру проницательности, какая вам угодна, а покамест скажите, когда появится место у леди Фанни?