Книга Спаси сердце короля. Искупление, страница 94 – Фэя Моран

— Как я что? Продолжайте.

— Ты же знаешь, что я отношусь к тебе как к сыну. Меня Господь сыновьями не наградил.

— К чему это?

Голос Генри переходит в полушёпот:

— К тому, что я бы хотел поговорить с тобой об Итане. Он слетает с катушек, и мне это не нравится.

Я переглядываюсь с Гаем, понимая, что он не хочет отходить не потому что ему это не нравится, а именно из-за меня. Он не хочет оставлять меня одну, потому что думает, будто мне страшно.

— Иди, – говорю я. – Всё хорошо. Я могу поболтать с твоими кузинами, чтобы не заскучать.

Гай вглядывается в мои глаза, а потом нежно целует руку, встаёт, говорит, что совсем скоро вернётся. И я провожаю их взглядом, пока они не исчезают за одной из дверей. Рядом со мной возникает горничная и предлагает отведать какой-то красный десерт. Тошнота подкатывает к горлу, когда я вспоминаю отрубленную голову.

— Убери это, твою мать, – рычу я, и девушка, вздрогнув и извинившись, спешит уйти.

Ненормальные, чёрт возьми!

Я подхожу к группе молодых девушек. Мии среди них нет, и я даже подуспокаиваюсь. Видимо, на подобные «представления» допускаются только совершеннолетние.

— Привет, – говорю я, и все поворачивают головы в мою сторону. – Я присоединюсь к вашей компании? Вы – кузины моего мужа, как бы вы ко мне ни относились. Мы одна семья, и я не прочь с вами побеседовать.

Они кажутся удивлёнными, переглядываются. Пока одна из девушек – с очень длинными волосами, в бежевом платье, – не отвечает мне вопросом:

— Неужели наш любимый кузен оставил тебя одну с нами? Не боится, что мы…

— Что вы что? – резко сменив тон, спрашиваю я, перебив её.

— Возможно, испортим тебя? – продолжает она, но я слышу, что голос потерял былую уверенность.

— Испортите? И как же?

Девушка явно не ожидала, что я начну нападать в ответ. Наверняка каждая из них запомнила ту Каталину, что молча сидела с ними за одним столом в Лондоне во время завтраков, обедов и ужинов, не смея даже головы поднять.

— Джейн, не приставай к нашей сегодняшней гостье, – раздаётся за спиной.

Возникший Итан подходит слишком близко, чтобы я автоматически отпрянула. Если бы он коснулся меня хоть где-то, я бы точно постаралась сломать ему пальцы. Боже, иногда он напоминает Вистана – та же мимика, походка и голоса похожи. Словно Вистан и не умирал, а просто переселился в тело своего брата.

— Я тут вспомнил, что совсем забыл сделать тебе подарок, как жене своего племянника, – обращается он ко мне. – Не позволишь мне продемонстрировать его?

Очередная проверка. Вижу это в его взгляде. В глазах, что хочется вырвать ногтями. Я не сопротивляюсь, держась хладнокровно, когда он берёт меня под руку и ледяные пальцы впиваются в мою кожу. Меня, словно марионетку, проводят через лабиринт тёмных коридоров, подальше от ринга, подальше от криков и запаха крови. Сердце бешено колотится, предчувствуя недоброе. Но я знаю, что он не станет мне вредить. Никто из них не станет. Гай разорвёт их всех в клочья. Итан Харкнесс слишком ценит свою жизнь, чтобы так рисковать. Вскоре мы останавливаемся перед тяжёлой дверью. Я быстро узнаю это место – вместе с мощными вспышками перед глазами предстаёт окровавленный Гай на моих коленях.

Итан распахивает дверь, и я застываю на пороге, парализованная ужасом.

В центре тускло освещённой комнаты, на коленях, с завязанными за спиной руками, сидят мои родители, а за их спинами – двое мужчин, одетых во всё чёрное, с масками на головах, словно палачи. Лица папы и мамы бледные, глаза – полны невыразимого страха. Мама всхлипывает, увидев меня, и пытается что-то сказать, но кляп во рту не даёт ей произнести ни слова.