Книга Это все монтаж, страница 105 – Лори Девор

Он хватает еще устрицу со счастливым лицом.

— Согласись? Мне нравится быть с тобой вместе. Нравится, что ты испытываешь мои границы на прочность.

Мои мысли словно кружатся водоворотом вокруг его слов, затягиваемые все глубже и глубже в воронку. Я вот-вот начну паниковать. Только я могу спасти себя из этой ситуации.

— Только вот… – начинаю я. Бросаю взгляд на камеры, на ассистентов, на продюсеров. Все они следят за нами. Всегда есть план побега – у самого Маркуса тоже был такой план. – Меня… Кое-что беспокоит.

Клянусь, я вижу, чего ему стоит сдержать улыбку, и абсолютно точно чувствую, как окружающие наклоняются поближе.

— Беспокоит? – повторяет Маркус, вытирая руки о салфетку.

Я вновь окидываю камеры взглядом.

— Они, – отвечаю. – Реальность, – продолжаю, – и что бы это ни было. Идея замужества всего через несколько недель меня пугает.

— Думаю, замужество всегда тебя пугало, – легко отвечает Маркус. Он близок к правде, но, скорее всего, он еще и надо мной насмехается.

— Тебя тоже, – отвечаю, ни секунды не задумываясь.

— Ребята, – начинает Джанель. Ее настораживает, куда движется наш разговор, и она хочет взять нас под контроль.

— Не останавливай их, – это Генри, я знаю. Но из-за ослепительного света, направленного на нас с Маркусом, я не могу его разглядеть. – Продолжайте! – окликает он нас.

— Признаюсь, – говорит Маркус, – в прошлом, возможно, я из-за этого немного паниковал. Но тогда было не мое время. И не мой человек.

— Расскажи мне что-нибудь обо мне. – Я наклоняюсь вперед, кладу локти на стол и опираюсь подбородком на руки.

Он облизывается, как будто перед ним сочный стейк.

— Кажется, это тест, Жак.

— Так и есть, – говорю я.

— Так, – снова встревает Джанель, – может, на минутку поговорите с продюсерами?

Мое сердце бешено бьется. Маркус встает и бросает салфетку на свой стул. Я ему больше не интересна.

Генри и Прия перешептываются, то и дело бросая в мою сторону взгляды. Я встаю, отодвигая свой стул, и незаметно выскальзываю из туфель на каблуке. Стремительно ухожу в противоположном от них направлении, пока никто не заметил, что я делаю. Чувствую, что за мной идет кто-то с камерой, держа осторожную дистанцию. Добираюсь до перегородки, разделяющей ресторан и бассейн, подбираю юбку платья, перекидываю ногу через барьер и прыгаю. И бросаюсь бежать, едва приземлившись.

— Жак? – наконец окликает меня кто-то. – Жак!

Теперь я чувствую, что они меня преследуют. Мой побег лишен смысла, но зато теперь у меня есть цель. Оглядываюсь на следующую за мной камеру. Не понимаю пока, хорошо это или плохо.

— Оставьте меня в покое! – бросаю себе за спину, пробегая бассейн и направляясь дальше, к пляжу. Наконец мне оказывается некуда бежать, а Генри спешит за мной в куда более повседневной одежде. Он хватает меня за руку и смотрит на меня. Мы не были с ним так близки с того раза в аэропорту в Чикаго, когда он позволил Маркусу нас поймать.

На минуту я останавливаюсь, пытаюсь перевести дыхание и говорю ему:

— Я ухожу.

Он тоже тяжело дышит.

— Я заметил.

— Отпусти меня, – говорю я. – Я хочу уйти.

Вырываюсь из его хватки и ухожу от него дальше по берегу, хотя деваться мне некуда. Я могу исчезнуть.

Генри идет за мной, в нескольких шагах позади.

— Почему ты хочешь уйти?