Книга Староград, страница 70 – Артем Рудик

Первым делом, я создал себе путь к отступлению и открыл ближайший канализационный люк. Затем, мной были сняты заправочные шланги и открыты вентили на всех цистернах. Следовало выпустить из них как можно больше топлива, чтобы они сразу же не взорвались, под давлением внутри резервуара.

Спички удалось достать в одной из автомашин. Это были хорошие окопные спички, прекрасно загоравшиеся и державшие огонь. Я поджег сразу несколько штук и бросил в уже изрядно растёкшуюся чёрную жижу. Дожидаться результата не стоило, а потому я положился на удачу и ретировался в подземелье, не забыв закрыть за собой крышку.

Внизу было темно и очень сильно воняло, но выбирать не приходилось и я направился в ту сторону, в которую текла вода. Местами было достаточно места, чтобы стоять во весь рост, в то время, как в некоторые части городских стоков приходилось заползать на карачках. Лишь на развилках я пользовался спичками, определяя путь по большему количеству, утекавшей в него, воды.

В какой-то момент моего путешествия, сверху раздался взрыв такой силы, что со стен посыпалась пыль. На сердце сразу стало тепло. План удался.

Ещё лучше мне стало, когда я наконец увидел свет. Я вышел наружу у какого-то небольшого водоёма, за пределами стен. Там же умывшись от всего, что налипло на меня во время путешествия по канализации, я приметил небольшой холм, неподалёку.

С него открывался прекрасный вид на содеянное. Богопротивный город пылал и всем, кто был внутри, явно уже было не до меня. По крайней мере, пока они его не потушат.

Я уселся на склоне и вдыхал сладкий аромат свободы. Через некоторое время, ко мне подсела непримечательная девушка. Она завела обыденный разговор, начав цитировать стихотворение одного поэта из моего племени:

— Друг мой, скорее вооружайся, оружие в руки бери! Встреться лицом с колпаковской напастью и череп зверью проломи. Бери под контроль их дома и заводы! И свергнут пусть будет проклятый совет! И над океаном, тёмные воды...

— ...окрасит наш новый рассвет! – закончил я.

— Именно! Твоих рук дело? – она указала на пылавший городок.

— Да. Не было сил смотреть на то, что они сделали с моими соплеменниками.

— У нас тоже не осталось сил смотреть... на всё, что сотворил Орден. И нам бы пригодились такие люди, как ты. Нам, если честно, любые сторонники нужны.

— Большие сложности?

— Именно. Коллаборационисты и армия не дают нам жизни. Мы несём большие потери, прячемся по лисьим норам и лишь иногда показываем клыки. Так что всё, что наша организация может тебе предложить, так это кровь, тяжкий труд, слёзы и пот.

— Как удачно, что именно эти вещи я и ищу. Ну, если к ним, конечно прилагается сотня-другая мёртвых карнимских солдат.

— Это уж я могу гарантировать от лица всего движения повстанцев.

— Что ж, тогда у меня нет выбора. Я с вами! Пусть теперь вас будет чуть больше, чем немного.

— И мы будем велики в своём скромном количестве. И мы будем мстительны в своём прощении. И мы будем жестоки в своей доброте. Ибо волкам, милосердно, мы несём их волчью смерть!

— Не слишком ли пафосные у вас лозунги?

— Чуть менее, чем у наших врагов.

16.01.85

Война — это всегда жертвы, просто потому, что твоя жизнь, свобода и идеалы далеко не бесплатны и требуют того, чтобы за них ты отдавал что-то столь же ценное. А что в этом мире может быть столь же ценно? Жизнь, свобода и идеалы другого человека, конечно. На обычной войне ты приносишь на жертвенный алтарь врагов, а на гражданской — своих же сограждан.