Книга Староград, страница 71 – Артем Рудик

Повстанцы понимают это. И сколько бы нас ни нарекали смертоносной и безумной силой, сколько бы наше руководство ни грызлось между собой, какой бы ужас мы ни наводили на гражданских своими деяниями, все они стоят того. Ибо на кону свобода и возможность самостоятельно выбрать дальнейший путь, каким бы он ни был.

Да, каждый описывает эту цель по-своему. Для одних — это порядок, для других — равенство, для третьих — возможности, но суть всегда одна — дать Ронии самой решать свою судьбу. И ради этого каждый из нас готов убить и даже умереть. Пускай свобода повлечёт за собой тысячи, сотни тысяч новых смертей, в результате грызни за будущий облик государства, это всё равно лучше, чем все те же смерти, только совмещённые с лизанием ботинок орденской швали.

Мне вот, если честно, всегда было плевать на то, как именно будет выглядеть свободная Рония и как она будет называться, единственное, чего я хотел с тех пор, когда променял свою скромную лопату на винтовку, так это того, чтобы моя земля принадлежала мне, а не каким-то уродам, возомнившим, что если у них есть танки, то они могут показывать свои мерзкие рожи из своей гадкой пустыни и претендовать на наши плодороднейшие поля и прекрасное побережье.

Нет, я не испытываю особенного отвращения к Карниму и его жителям, как некоторые мои товарищи, мне, если честно, вообще плевать, какой именно нации будут те, кто позарится на наши земли; их всех в равной степени должна ждать расплата за все те ужасы, что принесли они в наш дом.

Я говорю об этом просто потому, что порой сам удивляюсь тому, что среди ронийцев очень сильно укрепилась ненависть именно в сторону карнимцев, не как в сторону очередных посягателей на нашу идентичность и свободу, а как в сторону чуждой и отвратной культуры, которую мы никогда не сможем принять. Можно подумать, что если бы на нас напал любой другой сосед или давний враг, то всё сложилось бы иначе.

В конце концов, не бывает среди стран хороших друзей, и в особенности среди соседей, ибо кроме всех обыденных разногласий между ними появляется ещё и закономерное соперничество за клочки земли на границе, порой доходящее до абсолютного абсурда.

Вот, к примеру, Государство Малой Каскадии, или, как они теперь себя величают, Босгорская Автономия Новой Каскадии, почти двести лет были в составе Большой Каскадии, так Ронию называли до войны за независимость. Наша Родина же помогла им освободиться из-под колониального гнёта Босгорской Империи, запустив тем самым настоящий «Парад антиколониальных восстаний».

Однако проведя все эти двести лет в достатке и имея множество привилегий, жители Малой Каскадии, видимо, возомнили о себе слишком многое, и как только началась война, они всадили нож в спину тех, кто их когда-то освободил, объявив о своей независимости и выходе из войны под протекцией Босгора. То есть фактически они забрали четверть территорий и треть промышленного и ресурсного потенциала нашей страны, добровольно уйдя в новое колониальное рабство.

И их стремление к такой специфичной независимости ещё можно понять и даже простить. Но вот то, что это произошло прямо в самом начале войны, являет собой самое настоящее предательство. И тут абсолютно не важно, сделано оно со злым умыслом или просто было удобной возможностью выйти из ненавистного им государства. Предательство непростительно и искупить его невозможно.