Книга Староград, страница 73 – Артем Рудик

Ещё мгновение назад улыбавшиеся и тыкающие в ронийцев за окном, словно то были обезьянки в зоопарке, пассажиры теперь ошарашенно смотрели на нас. Видимо, никто из них не ожидал, что жестокая реальность, на которую они приехали поглазеть, достанет их и в этом уютном транспорте с мягкими креслами и вагоном-рестораном...

Без лишних слов и восклицаний в сторону заложников, которые и без того практически сразу бросили какое-либо сопротивление и вжались в свои сиденья, я вышел на связь с агентом в локомотиве и приказал ему заставить машинистов связаться с ближайшей станцией, чтобы те, в свою очередь, вызвали людей из правительства на переговоры. Последних долго ждать не пришлось, однако, вместо нескольких полицейских машин и штатного дипломата, на вызов приехали более грозные гости.

Это была настоящая военная колонна, в составе более пяти грузовиков, укрытых тентами, одной офицерской бронемашины и настоящего многотонного танка, угрожающе целящегося прямо в локомотив. Стоило им приблизиться на расстояние пары десятков метров, как из грузовиков тут же выскочило около сотни человек, вооружённых до зубов. Они быстро рассредоточились вдоль поезда, взяв окна на мушки.

Из бронетранспортёра вышел всего один единственный человек, в форме коллаборационистского офицера и с громкоговорителем в руках. Я сразу его узнал, ибо это был второй человек в правительстве и правая рука Салема, генерал Соколов. Небрежно поднеся аппарат ко рту, в котором была зажата неизменная папироса, офицер заговорил, обращаясь к нам:

— Итак, раз уж вы «Серьёзная организация», сразу перейдём к делу. У вас есть два варианта. Первый: вы складываете все свои игрушки и мирно покидаете состав, а за это мы подарим вам быструю и безболезненную смерть, пулей в затылок. И второй, на который я рассчитываю: вы отказываетесь выполнить мои требования, и мы открываем огонь по этой железяке. У вас ровно три минуты, чтобы подумать!

Такое развитие событий не могло не насторожить, однако я всё равно не верил, что Соколов решится стрелять по гражданским (даже для Салемского режима, теперь это было бы абсолютным варварством), скорее всего, он просто блефует, о чём я тут решил ему заявить, взяв припрятанный для такого случая рупор:

— Ты думаешь, что я так просто поверил тебе?! Нас так просто не запугать! Мы убьём всех здесь, если ты продолжишь пытаться блефовать!

Протяжно зевнув и чуть не выронив, при этом, изо рта тонкий бумажный свёрток, офицер взглянул на свои наручные часы и абсолютно безразличным тоном произнёс:

— У вас осталось меньше двух минут.

Он что, даже не обратил внимания на моё восклицание? Быть может, он и не шутит... Хотя чёрт, нет, меня действительно не напугать таким отношением. Что этот Соколов вообще о себе возомнил?! Однако мог ли я что-то противопоставить его безразличию, пускай даже наигранному? В размышлениях об этом я даже не заметил, как пролетело отведённое им время, и из раздумий меня вырвал всё тот же бесчувственный бас:

— Время вышло. Всё, как я и думал! — сказал офицер, сплюнув в сторону.

Махнув рукой солдатам, он вернулся в свой бронетранспортёр. Последние все как один вытащили из своих походных сумок по небольшому шприцу, подобному тем, которыми обычно колют адреналин, и по команде одновременно всадили их прямо в шею, замявшись на несколько секунд.