Книга Моя бывшая жена, страница 58 – Оливия Лейк

— Александр Дмитриевич, из министерства приехали, а вам не дозвониться.

Они ушли, я продолжила делать узи в патологии. Мне помогала молоденькая медсестра Валя. Приятная девушка с чутким подходом к пациентам.

Перед обедом я написала Кириллу. Долго стирала и набирала сообщение заново. Не знала, какую тональность выбрать, остановилась на нейтральной:

Здравствуй. Паша про тебя спрашивает. Что ему сказать?

Я пошла в местную столовую. Ника написала, что уже ждет. Людей было достаточно, но и свободных мест хватало. Я увидела компанию из пяти женщин и двинулась туда. Конечно, нервничала, давно не приходилось вливаться в коллектив. Для меня было освобождено место и стоял поднос с классическим обедом: суп, пюре с котлетой, яблоко и кофе.

— А вот и Маша! – Ника поднялась мне навстречу и подбадривающе улыбнулась. – Знакомьтесь, – и начала по очереди представлять коллег. Здесь были и врачи со стажем, в том числе одна неонатолог и акушерки в возрасте и ординатор. Все приняли меня нормально. – Это, считай, сливки нашего центра. Можешь во всем положиться, ну а к остальным присматривайся и сама решай. У нас так-то все хорошие, но с зубами и амбициями.

— Как первый день? – спросила Таня-ординатор.

— Ничего, думала будет хуже.

— А Бельский не замучил?

— А вы давно знакомы?

Вопросы про главврача посыпались одномоментно.

— Он вел у меня интернатуру и ординатуру. Александр Дмитриевич всегда был требователен и строг, но врач он от бога. Золотые руки.

— Да Бельский классный, – вставила Ника. – И мужчина красивый. – Анна Ивановна, которой лет шестьдесят, захихикала. – Но вредныыый!

Я принялась за суп, но не успела доесть, как просигналил телефон. Субботин.

Скажи, что мама скоро в себя придет, и вы вернетесь домой.

Я громко цокнула от такой вопиющей наглости. Кирилл в принципе не воспринимал мое стремление развестись всерьез. Не слышал меня абсолютно. Есть Кирилл Павлович Субботин и его желания, все остальное блажь. Это даже интересно: как он видит нашу дальнейшую совместную жизнь при всех имеющихся вводных? Я не прощу и память не потеряю. На что надеется?!

— Что? – забеспокоилась Ника. Я показала переписку.

— Ну Кир такой, непрошибаемый.

— Что у вас, девчонки? – спросила Анна Ивановна.

— У нас тяжелый развод, – ответила я. Тяжелый муж. Тяжелый брак. Тяжелое расставание. Бог решил уронить мне на плечи небо и посмотреть, что из этого получится. Аппетит пропал, а потом вообще Бельский написал:

Где тебя носит? Бегом в смотровую!

До шести вечера я белкой в колесе крутилась. В ритм входила. Остальные успевали и поболтать, и покурить. После рабочего дня пришла в кабинет главврача. У меня экзамены впереди и еще, наверное, лекции и нотации.

— Внематочная беременность тридцать четыре недели, твои действия?

— Это невозможно. Внематочная беременность диагностируется на раннем сроке и прерывается максимум на 12-15 недели.

— А если подумать?

Я начала вспоминать все клинические случаи, о которых читала. Это нонсенс. Таких случаев один на миллион! А с положительным исходом единицы.

— В Воронеже был случай, когда женщина пришла с жалобами на боли в животе. Была диагностировать беременность срок больше тридцати пяти недель. На узи было невозможно определить, что плод развивался вне матки. Врачи поняли, с чем столкнулись, когда экстренно оперировали пациентку. Им повезло: плацента прикрепилась к яичникам и маточным трубам. Если бы был задет кишечник, поджелудочная или сосуды, то органы бы повредили. Мать и ребенок родились в рубашке. Это уникальный случай. Разрыв мог произойти в любую минуту, а это сто процентов смерть ребенка.