Книга Любовь приходит в Рождество, страница 6 – Шейла Робертс

— Как раз собиралась. Просто ненадолго отходила. А теперь пора за дело. Дел тут всегда невпроворот. Расположение способствует, – не удержавшись, добавила Френки.

Барбара нахмурилась, и морщинки в уголках ее рта углубились. Она пригладила зализанные черные волосы. Как будто убеждаясь, что ни одна прядка не посмела выбиться из общей массы.

— Ну а мне пора назад, на рабочее место. У нас ведь тоже полным-полно дел. – Барбара сдала назад и, обернувшись к Натали, улыбнулась.

— Натали, мне тут мой сотрудник передал, что на торжественный обед ко Дню учителя ты принесла чудесные конфеты. Так мило с твоей стороны.

— Я всего лишь вношу свою лепту, – скромно отозвалась Натали.

— И это очень ценно.

— Спасибо. Надеюсь, адвент-календарь вашей внучке понравится, – ответила Натали.

— Малый бизнес очень важно поддерживать, – сказала Барбара.

И к Френки это тоже относилось.

— Когда-нибудь я научусь вязать, – пообещала она.

И кто ее только за язык дернул? Творческая жилка их семье перескочила через поколение, и готовить сладости, как дочь, или вязать, как мать, давалось ей ничуть не лучше, чем поклейка обоев. К тому же ее мать спустила в «Пряже на любой вкус» целое состояние, и этого хватило бы на скидочные баллы целой семье.

Барбара на это просто закатила глаза и направилась к выходу. Другая покупательница, слышавшая их препирания, взяла пакетик с елочными игрушками и спросила:

— А что за Санта-шествие? Мы просто только-только переехали.

— Это местный ежегодный фестиваль, – ответила Натали. – В нем участвуют все магазины и предлагают скидки и лотерейные призы на входе. А на улице проходит парад. И в тот же вечер, сразу после, начинается забег по барам, где мужчины одеваются Сантами, а женщины – эльфами или женами Санты.

— Или тоже Санта-Клаусами, – встряла Френки, вспомнив, как было весело, когда Синди Карлсон вырядилась в длинные красные пижамные штаны и длинную рубашку с надписью «Угости меня коктейлем, я сегодня выходной».

— Надо будет сходить посмотреть, – сказала женщина. – А ваши конфеты, судя по всему, просто объедение, – обратилась она к Натали.

— Это точно, – отозвалась Френки. – И скоро будет новая поставка, так что обязательно заглядывайте.

— Может быть, будет, – добавила Натали.

— Непременно загляну, – ответила женщина.

Когда же она вышла, Френки обернулась к Натали.

— Видишь? Мы могли бы продавать в два раза больше.

— Вот только на это уйдет в два раза больше времени, – возразила Натали. – А у меня его нет. Я побежала, мам.

И она сняла передник, как бы говоря, что тема – которую они уже не первый раз поднимали – закрыта.

— Джонатан уже забрал Уорнера у свекрови, так что мне пора домой.

— Ладно-ладно, – недовольно пробурчала Френки. – Спасибо, что задержалась, – добавила она в попытке воздержаться от материнского ворчания, когда Натали накинула пальто и подошла к двери. – Поцелуй от меня малыша.

— Хорошо. Увидимся завтра у бабули, – ответила Натали и ушла.

Френки вздохнула. Очередная воспитательная беседа провалена. С какой стати ее дочь так упорно отбрыкивалась от предложения превратить свое увлечение кондитерским искусством в прибыльное дело, оставалось для Френки загадкой. Натали готовила великолепные конфеты с самыми разными начинками от мускатного ореха до мокко с перечной мятой и всегда украшала их тончайшей сахарной глазурью в форме елочек или мятных палочек. А к Пасхе сменяла декор на яйца.