Книга Жена хозяина трущоб, страница 125 – Лика Семенова

Я вернулась к записке.

«Умоляю, найди способ дать о себе весточку. Как он с тобой обращается? Я боюсь, что все совсем не так, как говорят. Я боюсь за тебя, Софи, и очень скучаю».

Я расправила клочок бумаги на ладони, прижала к груди. Здесь у меня никого нет, кроме Джинни. Мы никогда не расставались так надолго — мы вообще не расставались, виделись каждый день. Почти. Если не считать тех случаев, когда тетка за что-то запирала меня дома. Джинни ничем не может мне помочь, но это участие было сейчас настоящей драгоценностью. Смогу ли я ей ответить? Если смогу, то что напишу? В лучшем случае, если мне и удастся выйти отсюда, то это будет никак не раньше следующего воскресенья. И то — если он позволит. За неделю может произойти, что угодно. И я не ждала ничего хорошего.

Я тщательно сложила записку, чтобы она стала как можно меньше — нужно где-то спрятать. Только не под матрас. Лучше бы было изорвать, но тогда мне не на чем будет написать ответ. Я нашла щель между полом и стеной, всунула бумажку, присыпала пылью. Подняла с пола расческу и уголком нацарапала на стене черточку.

Воскресенье…

Оставалось только догадываться, сколько черточек появится на этой стене.

Я сидела на матрасе, обхватив колени руками. Мне принесли какое-то варево в глиняной плошке, ведро с водой и чашку с какой-то бурой мутью. Я ела, потому что была голодной, даже не разбирала вкуса. Так стало теплее. Чай тоже почти выпила. Вовремя догадалась оставить несколько глотков. Если жидкость немного испарится — получится что-то вроде чернил. Можно отломать зубец расчески и что-то нацарапать. Нужно лишь спрятать чашку… Но если бы все это могло мне хоть чем-то помочь…

Я стиснула колени руками так сильно, как только могла. Господи, неужели все это происходит со мной? Я все еще пыталась проснуться. Оказаться в «своей» комнате. Снова и снова прокручивала в голове тот злосчастный вечер. И не могла понять, как оказалась настолько глупой и неосторожной. Ведь я обещала Сальвару, что никуда не выйду. Леонора со своими слезами буквально загипнотизировала меня. Хотя… кто знает, может, так и было. Что ж, я исчезла, как и хотела Алисия… Или, все же, Гертруда? Впрочем, это уже не имело никакого значения.

Я знала, что рано или поздно Марко придет. Он вошел, плотно закрыл за собой дверь. Сейчас он был без куртки, в черной майке. На шее болтался неизменный крест. От него несло водкой, это чувствовалось с порога.

Он стоял, расставив ноги, долго смотрел на меня. И его уродливое лицо кривилось от отвращения.

— Сначала я хотел отдать тебя парням. Как грязную шлюху. И понаблюдать, что от тебя останется.

Я буквально застыла, не в силах пошевелиться.

— Но ты, все же, моя жена. Перед богом и людьми. Поэтому не стоит перекладывать свои обязанности на других. Даже блудливую суку при должном усердии можно воспитать. Так, что она станет дышать по команде. Я прав, София?

Я поднялась на ноги и попятилась.

Марко приблизился на шаг:

— Так я прав?

Я понимала, что сейчас скажу глупость, над которой он посмеется. Это ничего не изменит. Но нужно было хотя бы попробовать.

— Отпусти меня. Я теперь гражданка Полиса. Меня будут искать.

Я редко видела, чтобы он так хохотал. Может, и никогда. Он почесал небритый подбородок:

— Хотя бы врала правдоподобнее.