Книга Жена хозяина трущоб, страница 130 – Лика Семенова

Скорее всего, Софи не получила мою записку…

Мясник назначил встречу в «Парадизе», на одном из верхних этажей. И сам же опаздывал. Прошло уже больше часа, и я начал опасаться, что он не придет. Просто низкая издевка. Но Марко, все же, появился.

Я стиснул зубы, стараясь не взорваться. Не убить эту мразь прямо здесь. Но сердце уже отчаянно пульсировало где-то в горле. Я задыхался. Одна-единственная мысль, что эта тварь касалась моей Софи, лишала рассудка. Вблизи он был еще отвратительнее, чем я его запомнил. Настоящий урод. И даже приличный костюм не мог сделать из него человека.

Марко уселся напротив, развалился на стуле. Официант тут же подал водки и блюдо с закуской, услужливо наполнил рюмки ему и мне. Я с трудом дождался, когда официант отойдет.

— Что с Софи?

Марко демонстративно проигнорировал вопрос. Опрокинул рюмку в рот. Собственноручно наполнил снова. Уставился на меня.

— А ты кто такой, чтобы спрашивать о моей жене? — Он картинно закатил здоровый глаз: — Ах, да… Любовничек. Не знаешь заповеди, любовничек? Сказано: «Не желай жены ближнего твоего и не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабы его, ни вола его, ни осла его, ни всего, что есть у ближнего твоего».

Как же я хотел разбить эту рожу в кровь, чтобы высыпались зубы… Но сидел, закаменев. И слушал. Пока Софи у него — я связан по рукам и ногам. И самое омерзительное, что этот выродок все понимал не хуже меня. Знал, что может говорить все, что угодно. И я все стерплю. Даже если он плюнет в лицо.

— Чего ты хочешь?

Он осклабился:

— Не понятно? Ладно, эта тупая узкоглазая овца… Но неужели ты думал, что на своей территории я ни о чем не узнаю? Это моя земля и мои люди. Все до единого.

— Что с Софи?

Марко оскалился и разом опрокинул вторую рюмку.

— Заладил… Переживаешь, любовничек? Правильно делаешь. Но усвоить ты должен только одно: сунешься еще раз, и наша драгоценная София лишится какой-нибудь незначительной части тела. Например, пальца. Не смертельно… но очень неприятно. Пальцев много. Можно неспешно резать по одному, пока ты не поумнеешь. В женщине это не главное. Ведь, правда? — Он будто ждал одобрения. — Главное — положенное количество отверстий. И не все любят поуже.

Кровь буквально ударила в голову, потемнело в глазах. Я убью эту мразь. Я стиснул зубы, снова и снова призывая себя к хладнокровию, но буквально захлебывался переполняющим меня кипящим ядом.

— Что ты хочешь за ее свободу? Назови свою цену.

Его глаз остекленел.

— Вот как…

Он опрокинул очередную рюмку, положил в рот закуску с блюда и сосредоточенно жевал, будто обдумывал вопрос. Но я прекрасно видел, что все это лишь дешевое кривляние — он ее не отпустит. Ни за какие деньги. Чертов сукин сын!

— Твою компанию.

Я какое-то время молчал, глядя на него. Отдал бы я бизнес, чтобы вытащить Софи? Не задумываясь.

— Я согласен.

Он хрипло расхохотался, даже шлепнул ладонью по столу:

— А ты добряк… Если бы не одна мелочь. Моя жена бесценна. Ты ведь согласишься со мной? Но если я когда-нибудь, все же, надумаю ее продать — тебе предложу первому.

— Она тебе не жена. София — гражданка Полиса.

— Брехня!

Я покачал головой:

— Это правда. Чуешь, чем пахнет?

Он откинулся на спинку стула, прищурился:

— Чем же?

— Серьезным преступлением, которое не оставят просто так. Это похищение гражданина. Юридически ты ей не муж. Ты ей никто.