Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 137 – Лорен Хо

— Привет, – я присоединяюсь к ней. – Не спится?

— И я должна тебя спросить о том же, – отвечает она, изгибая бровь. – Не поздновато ли тебе бодрствовать?

— К выступлению готовилась, – вру я, не желая говорить о своем разбитом сердце.

Мама показывает на свой живот:

— Ну а у меня тут малышка занимается боевыми искусствами, и я решила подождать, пока она не успокоится. Потом пойду наверх.

Мы сидим и смотрим новости в тишине.

— Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я.

— Все хорошо. Я и вправду наслаждаюсь беременностью. Не думала, что у меня получится в моем возрасте, учитывая все, что со мной происходит.

Необъяснимое чувство поднимается у меня в груди.

Мама улыбается и ерошит мне волосы.

— Помнится, когда была беременна тобой, все казалось проще. Я сосредоточилась только на тебе.

Я удивленно смотрю на нее:

— Но ты же была студенткой. И тебе пришлось бросить учебу. Все было… по-другому. У тебя и выбора-то не оставалось, кроме как сосредоточиться на мне.

То, о чем мы никогда не говорим вслух, обрушивается на нас со всех сторон.

— У меня был выбор, – говорит мама после такого громкого молчания, что у меня звенит в ушах. – И я выбрала тебя.

— Это ты так сейчас говоришь.

Голос у нее прерывается:

— Это правда, Агнес.

Возможно, из-за того, что уже темно и поздно, слова, которые я сдерживала столько лет, с тех пор как она впервые рассказала о моем биологическом отце, выскакивают из меня без заминки.

— Может, ты просто не могла себе позволить избавиться от меня из-за своих родителей.

Родители мамы – католики, очень-очень религиозные и консервативные. Когда она забеременела, они, как и положено, дождались родов, а затем, когда стало ясно, что в ближайшее время моя мать не выйдет замуж, разорвали с нами все связи.

Мама вздрагивает, и ее лицо в голубом свете телевизора кажется еще бледнее, чем обычно.

— В-все не так! Конечно же, у меня был выбор. И я выбрала тебя.

Я встаю.

— Мам, все в порядке. Это в прошлом. Теперь я знаю, что ты меня любишь.

В конце концов, я заслужила ее любовь, шаг за шагом. И я однажды заплачу за все, чего я ей стоила.

— Я спать.

— Ты все неправильно поняла, – тихо произносит мама. – Ты – моя гордость и моя радость с самого первого дня.

Я стою на лестничной площадке и смотрю на нее сверху вниз.

— А я помню все по-другому, – говорю я, затем захожу в свою комнату и закрываю дверь.

* * *

Странное дело, но загадочное молчание Ройса на самом деле помогает мне сконцентрироваться. Теперь, когда я знаю, что Род-Айленд – вполне устраивающий меня вариант, я удваиваю усилия, чтобы повысить свои оценки.

Не забывая о финале стендап-конкурса, я беру себя в руки и усердно занимаюсь вместе с Зи, которая в одночасье превратилась в грозного надсмотрщика. Подруга подготовила экселевские таблицы, в которых расписала, что и когда нам нужно делать, чтобы подтянуть наши «проблемные предметы», а еще нашла в TikTok информацию, как биохакнуть наши мозг и тело, чтобы мы могли усваивать больше знаний при меньшем количестве сна, – она всегда экспериментирует на нас. Ее повара готовят богатые питательными веществами блюда с такими ингредиентами, как дикий лосось, капуста, ягоды годжи и орехи макадамия, а Зи каждые полчаса кричит: «Пей воду!», словно какая-то жуткая, одержимая водой версия тренера Эверетта.