Книга Последняя из Танов, страница 125 – Лорен Хо

«На твои деньги», – промелькнуло у меня в голове. Эту часть предложения он не озвучивал.

— Подумай об этом, – прошептал он, теперь покусывая меня за мочку уха, а правой рукой скользя вниз по спине и под блузку. – Ты можешь стать кем-то другим. Можешь быть счастливой. Я тебе помогу.

Я поразмыслила над тем, чтобы стать тай-тай, а потом мня отвлекло кое-что другое. М-м-м.

Воскресенье, 4 сентября

И он снова улетел, на этот раз на деловую встречу в Испании.

Пока он отсутствовал, я стала обдумывать его слова. Если бы дело было не в деньгах, то чем бы я занялась? Если я не знаю, то что плохого в том, чтобы попытаться узнать, будучи под крылом другого человека? Эрик предлагал мне освобождение от корпоративного рабства, но было ли это настоящей свободой? И как я себя после этого смогу считать феминисткой? Но был ли феминизм для меня так же важен, как возможность жить так, как я всегда мечтала, – то есть уйти с ненавистной работы, но иметь достаточно денег для покупки желаемых вещей? Возможно ли это вообще или неизбежна некая кровавая жертва, и Эрик Дэн на самом деле Дьявол?

А почему бы и не быть с Эриком? Он чуткий, мудрый, семейный, богатый. Было бы глупо его упускать. И если Линда меня чему-то и научила за последние несколько месяцев, так это тому, что любовь иногда приходит с неожиданной стороны, и мне просто нужно открыть свое сердце, чтобы впустить ее, и не дать себя обмануть стереотипам «Диснея» или «Де Бирс», что любовь обязана выглядеть определенным образом.

Четверг, 8 сентября

Ремонт на новом этаже наконец закончен. Суреш переедет в другой кабинет в следующую пятницу.

Мы решили устроить небольшой ужин прямо в офисе, чтобы это отметить, ведь он в кои-то веки оказался в городе. Он заказал пиццу, а потом мы взяли из кладовки бельгийского пива и бутылочку рислинга (клиенты часто присылают своим адвокатам алкоголь), а на десерт купили печенек в автомате. Суреш не упомянул, что у него сегодня день рождения, а я вспомнила, но не показала вида. Хотя подумала, что он странным образом решил провести его со мной, а не с Анушей, – никаких срочных дел у него сейчас не было, и он мог при желании уйти с работы пораньше.

Странно, но лестно.

— Я рад, что ты тут. Я не был уверен в этом, – сказал Суреш, наливая рислинг в мой бокал. Он прокашлялся. – Как дела у Эрика?

— Хорошо. А как Ануша?

— Хорошо.

— Чизик больше не обсуждался? Конфликт исчерпан?

Он сжал губы.

— И да, и нет. Мы в следующие выходные летим в короткий отпуск на Лангкави, после того как она вернется с медицинской конференции в Греции. Нам надо восстановить общение.

Я еле сдержала рвотный позыв, представив, как они физически восстанавливают общение.

— О, как мило, – выдавила я, – а в какую гостиницу?

— «Фор Сизонз».

— Пафосно.

— Мне пришлось поднапрячься, – небрежно сказал он. – Разве пафос – это не основная причина, по которой мужчинам типа Эрика Дэна достаются женщины типа тебя?

Он шутил, но я почему-то восприняла это в штыки. Я попыталась отшутиться, но явно различила, что за небрежной ремаркой скрывался укол. Я не хотела, чтобы Суреш считал, будто меня купили. Я не могла быть содержанкой (и не только потому, что старовата); я изо всех сил старалась оплачивать свою половину за билеты, еду и напитки, когда мы с Эриком куда-то шли вместе. Мы не просто игриво перетягивали счет из стороны в сторону – я действительно платила. Однажды я чуть не порезала ладонь, выхватывая из его руки кредитку, – так сильно я хотела оплатить наш ужин сама.