Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 209 – Мэй Юйчжэ

— Женщина не может просто так растратить десять лет своей жизни.

— Десять лет… – ошеломленно повторила Чэнтай-гунчжу.

При жизни му-хоу издала указ о проведении церемонии цзили. После церемонии она должна была выйти замуж за Сяохэ-гэгэ. Однако гунчжу решила уехать в Цыань-сы, чтобы молить о здоровье своей му-хоу и читать заупокойные сутры о своих родных родителях. Она провела в храме три года. Она отказалась от брака, и с тех пор по всей Поднебесной разлетелась слава о Чэнтай-гунчжу как о почтительной к родителям дочери. Отец-император был очень тронут ее поступком, ее решение принял и Сяохэ-гэгэ. Чего не скажешь о му-хоу – она разозлилась и отказалась с ней разговаривать. Но Чэнтай-гунчжу оказалась куда более упрямой. Когда она покинула дворец и отправилась в Цыань-сы, му-хоу произнесла только одну фразу: «Цинь-эр, может, сейчас ты не слышишь собственное сердце, но, покинув дворец, ты не сбежишь от него».

Этот приговор напугал ее настолько, что она боялась видеться с му-хоу целых три года. Она была уверена, что никто и никогда не узнает, почему она отказалась выйти замуж… Но глаза му-хоу видели все. Даже три года спустя она не смогла избавиться от внутренних монстров, но ей больше некуда было бежать, нечем было оправдываться. Она была готова сдаться и принять свою судьбу. Как вдруг шесть дворцов потряс траурный колокол.

Смерть императрицы изменила все, затронув судьбы многих людей.

Смерть императрицы – скорбь народа. Траур.

Она снова бежала от дарованной небом любви и Сяохэ-гэгэ, который терпеливо продолжал ждать ее.

С тех пор Сяохэ больше не просил ее руки и сердца, он до сих пор был один. Отец-император неоднократно предлагал ей выйти замуж, но она каждый раз отказывалась и оправдывалась.

— В день великого похода на Запад под предводительством Чанъань-хоу император снова предложил сыграть свадьбу, но гунчжу отказалась. – Тетя Юэ глубоко вздохнула. – Отказала дважды… Гунчжу, прошу прощения, рабыня слишком много болтает! Мы живем в шатком мире, нужно всем дорожить.

Чэнтай-гунчжу печально опустила глаза и долго молчала.

Полгода назад внешний враг с Западного Синьцзяна вступил в тайный сговор с северными туцзюэ, и те время от времени нарушали границу.

Отец-император был в ярости и сильно возмущался тем, что ему тогда не удалось разгромить остатки туцзюэ. Он даже думал возглавить армию, чтобы завоевать западные земли.

Однако последние два года император посвятил государственным делам и много работал. С возрастом старые раны начали напоминать о себе, вот министры и пытались отговорить императора от участия в походе. Отца-императора очень беспокоил наследный принц – он был еще слишком молод, ему не было и пятнадцати лет, он просто не мог оставить его руководить страной. Многократно обдумывая положение на границе, он согласился на просьбу Сяохэ-гэгэ отправить того на фронт. Император назначил его главнокомандующим и выделил двести тысяч солдат.

В день, когда ему нужно было выступать в поход, Сяохэ-гэгэ вошел в императорский дворец с прощальным визитом, а затем посетил дворец Цзинхуань, чтобы попрощаться с гунчжу.

В тот раз он обратился к ней не как к «гунчжу», а как раньше.

— Циньчжи, может, Се Сяохэ – не первый в мире герой, но в моих жилах течет горячая кровь. Я должен отправиться на Запад, конь мой пересечет реки и горы нашей Поднебесной. Я не вернусь и не увижу тебя, пока не завоюю все великие заслуги мира!