Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 28 – Мэй Юйчжэ

Я уставилась на ее испуганное лицо.

— Но если ты будешь продолжать нести вздор, он непременно умрет!

Цзинь-эр распласталась на полу дрожа, слова давались ей с огромным трудом:

— Цзинь-эр понимает свою вину… Цзинь-эр невежественна и груба… Цзюньчжу, умоляю…

Я снова перебила ее:

— Цзинь-эр, запомни как следует две вещи: никогда больше не говори о «прежних чувствах», второе – теперь я – Юйчжан-ванфэй, не смей обращаться ко мне цзюньчжу.

Она молча смотрела на меня – взгляд ее переменился. Я наклонила голову, вздохнула – у меня не было желания продолжать с ней разговор, жестом я приказала ей уходить. Она медленно встала и отошла к выходу. Вдруг она обернулась и холодно посмотрела на меня:

— Ванфэй, если вы не хотите говорить о прошлом – значит ли это, что вы хотите забыть обо всем?

Я закрыла глаза – я так устала, что мне даже смотреть на нее не хотелось.

— А-Юэ, сопроводи госпожу Су обратно в ее покои. Отныне без моего приказа ей запрещено покидать дворец Цзинлинь и на полшага.

Цзинь-эр вдруг рассмеялась и оттолкнула А-Юэ от себя.

— Ванфэй может не беспокоиться – Цзинь-эр больше не доставит вам хлопот!

Я равнодушно махнула рукавом, развернулась и покинула зал.

— Даже когда Цзинь-эр предаст ванфэй… – Дворцовые слуги тащили девушку прочь из дворца, а она несчастно улыбалась. – Дяде императора плевать на вас!

На двадцать первый день первого лунного месяца, в полдень, Цзыдань возглавил войско и отправился в поход на юг.

Сяо Ци вывел чиновников на городскую стену, чтобы проводить императорского дядю. Под славославные гимны Сяо Ци торжественно поднял винную чарку и вылил на землю жертвенное вино. Я стояла позади него, глядя на Цзыданя с вершины городской стены. Его серебряный шлем и доспехи, что были чище снега, никогда не знавшие пыли дорог и войны, особенно привлекали внимание. Волна черного железа нахлынула на него, он ни разу не оглянулся, его худая и одинокая фигура скрылась за горизонтом.

Совершенно незаметно наступил третий лунный месяц. Начало весны выдалось пасмурным и дождливым – ливни непрерывным потоком заливали землю больше десяти дней подряд. Столицу окутали бесконечные штормы, в темных, мрачных дворцовых покоях с каждым днем становилось только холоднее. Каждую весну и осень в столицу приходили затяжные дожди и стужа, что вгоняло людей в тоску. Несколько дней назад я снова простудилась – тогда я была уверена, что это легкое недомогание. Однако я уже несколько дней не покидала постель. После затяжной болезни, которая случилась со мной два года назад, даже простая простуда давалась мне с трудом. Сколько и как бы меня ни лечили, силы продолжали покидать меня. Также императорский лекарь сообщил, что мое тело не выдержит беременности, поэтому я не должна была прекращать прием лекарств.

Проснувшись после полудня, я прижалась к мягкой спинке кровати. Грудь мою охватил жар, и, прикрыв рот рукой, я яростно закашлялась. Вдруг я почувствовала на спине теплую и сильную руку – она нежно гладила меня. С трудом улыбнувшись, я взяла Сяо Ци за руку и потянулась к нему. Мое холодное тело окутало приятное знакомое тепло.

— Ты чувствуешь себя лучше?

Проведя пальцами по моим длинным волосам, он смотрел с любовью во взгляде. Я кивнула и только сейчас заметила усталое выражение его лица, а белки его глаз подернулись красными нитями.