Книга Когда мы были осколками, страница 125 – Акация Блэк

— Луна, ты тут? Твой отец тебя потерял, – говорит мама Лиама.

Дверь резко распахивается, и мы с Лиамом, ругнувшись, молниеносно отодвигаемся друг от друга, садясь на противоположные края кровати. Лиам сидит спиной к матери, а мне приходится с трудом выдерживать взгляд Сары, пока она, нахмурившись, несколько раз переводит его с меня на него.

— Луна, тебе лучше уйти, – бросает она тем строгим тоном, которым всегда говорит со мной. – А ты, Лиам, все еще наказан.

Он наконец оборачивается и кладет подушку себе на бедра, сверля мать взглядом.

— Ага, я не забыл.

— Луна, чтобы я не видела тебя на этой неделе, – отрезает Сара.

— Не говори с ней так, – злится Лиам.

Обстановка накаляется, дуэль взглядов становится все напряженнее.

— Все нормально, – вмешиваюсь я. – Я в любом случае уезжаю завтра.

Лиам резко поворачивает голову ко мне.

— Куда? – требовательно спрашивает он.

— Папа отправляет меня на неделю к бабушке в качестве «наказания».

Его взгляд становится строже.

— И когда ты собиралась мне об этом сказать?

Отчаяние в его голосе – это что-то новенькое. Спешу его успокоить, но Сара не дает мне ответить.

— Это хорошее решение. Время порознь пойдет вам на пользу.

Я не говорю ей, что мы и так провели порознь много недель. Отмечаю для себя только, что она об этом не знала. Если у меня и оставались какие-то сомнения насчет ее отношения ко мне, то сейчас все окончательно прояснилось. Узнав, что я буду далеко от ее сына, Сара даже не скрывает радости.

— Луна, тебе пора, – бросает она и выходит, не закрывая за собой дверь.

Мы наконец остаемся одни, но я опасаюсь того, что произойдет дальше. И все же подхожу к нему, потому что мое маленькое сердечко не выдерживает силы бушующих в нем чувств. Они требуют разделить их с ним.

Но, бросив взгляд на того, кому оно принадлежит, понимаю, что это случится не сейчас. Я знаю, о чем говорит то, как он ерошит рукой волосы на затылке, как отводит глаза. И понимаю: Лиам стыдится того, что мы сделали или чуть не сделали.

— Ну я тогда пойду? – лепечу я треснутым голосом.

Скажи, что не жалеешь.

Скажи что-нибудь.

Скажи, что любишь меня.

— Ага.

Лиам протягивает руку для нашего особого рукопожатия, добивая меня окончательно. Неверяще опускаю на нее глаза. Серьезно? Но он действительно ждет от меня именно этого, будто желая выдать то, что происходило в этой кровати, за что-то дружеское. Так и оставив его руку протянутой в пустоту, в полном шоке выхожу из комнаты, бросив через плечо:

— До встречи через неделю, дружище.

♪ 23 – Chase Atlantic

В детстве я боролась со своими иррациональными страхами, рисуя или слушая музыку. Например, я ужасно боялась, что меня похитят инопланетяне или засосет унитаз. И никогда не свешивала свои ноги с кровати, чтобы чьи-то руки не потянули меня за лодыжки (возможно, я до сих пор так делаю). Эти страхи парализовали меня, но я справлялась с ними, как умела. Садилась за письменный стол, и карандаш сам выводил на бумаге все, что меня тревожило. Теперь я боюсь не преуспеть, не стать счастливой и остаться в одиночестве, всеми забытой и брошенной. Сегодня утром именно страх оказаться брошенной заставил меня схватиться за первый попавшийся клочок бумаги на кухне Маттео и начать корябать на нем всплывавшие в голове картинки.