Книга Когда мы были осколками, страница 49 – Акация Блэк

— Вас тянет друг к другу, как мотыльков на огонь. Мне не терпится узнать, чем кончится эта история. Чувствую, будет интересно.

— Вау, как поэтично. Неудивительно, что тебе отдают самые стремные темы.

— Ах ты гадина!

Мы заливаемся смехом, и все в зале снова гневно оборачиваются на нас.

* * *

После кинотеатра мы возвращаемся домой.

— Ты что, иногда все-таки спишь у себя?

Камилла, метнув злобный взгляд в сторону Трэвиса, сидящего на нашем диване вместе с Кельвином, не остается в долгу:

— Я явно была пьяная, когда отдавала тебе дубликат ключей, потому что в трезвом уме я этого сделать не могла.

Не отрывая глаз от баскетбольного матча, Трэвис отвечает:

— А когда ты бываешь в трезвом уме, любовь моя?

Вечно они как кошка с собакой, хотя на самом деле готовы убить друг за друга. Это началось так давно, что теперь мне кажется странным, когда они не цапаются. Помахав парням, отправляюсь к холодильнику за бутылкой воды. Камилла тем временем успевает загородить экран, чтобы побесить Трэвиса.

— Надеюсь, ты не против, что я тут? – незаметно подойдя ко мне, тихо спрашивает Кельвин.

Вчера мы целовались. Это было мило. Знаю, ужасно так описывать поцелуи, но так все и было. Просто. Приятно. Как подобает. Конечно, он не потащил меня за угол, потому что ему не терпелось ко мне прикоснуться. Его пальцы не сомкнулись властно на моем горле. В животе не порхали бабочки. Нет… Губы Кельвина мягко прикоснулись к моим, а потом его язык скользнул мне в рот. Это было мило.

— Конечно, нет, – искренне отвечаю я.

Его лицо разглаживается. Провожая меня вчера, Кельвин признался, что терпеливо ждал моего возвращения из Лос-Анджелеса, чтобы пригласить на свидание. То, как он переживал, как был не уверен в себе, проделало небольшую брешь в моем панцире и заставило дать ему шанс. Не давлю на себя и двигаюсь маленькими шажками.

Странную тишину, повисшую между нами, разрывает радостный вопль Трэвиса. После Кельвин, извинившись, уходит в туалет, а я, дождавшись его ухода, награждаю пустую голову Трэвиса подзатыльником.

— Ты хоть предупреждай в следующий раз, что у нас гости, – резко бросаю я.

— Блин, прости, Луна-парк, он спросил, что я делаю этим вечером, а я ответил как есть. Свидание плохо прошло? Мне его выгнать?

Я знаю – несмотря на то что они друзья, Трэвис без колебаний так бы и поступил, лишь бы я чувствовала себя в безопасности.

— Не надо, все хорошо, – успокаиваю я его, прежде чем задать вопрос, который волнует меня уже какое-то время. – Ты хотел бы снова начать общаться с Лиамом?

Его пальцы крепче сжимаются на пульте. Камилла, сидящая рядом со мной на двухместном диванчике, ждет ответа парня с не меньшим любопытством. Не глядя на нас, он отвечает хрипло:

— Если я и встречусь с ним, то только для того, чтобы дать ему в морду. Так что пусть держится от меня подальше.

Я знаю друга детства от и до. Уход Лиама задел и его тоже. Он ведь скрылся как воришка, не попрощавшись ни с кем из нас. А мы ведь были его семьей. Иногда слова обгоняют наши мысли и оставляют неизгладимый след. Трэвис не стал долго выбирать между мной и Лиамом. Мы трое всегда будем неразлучны.

— Тут твоя телефонная будка звонит! – кричит Камилла в коридор.

Оттуда выбегает Кельвин, хватает телефон и уходит, чтобы ответить. Как он сам сказал, современные технологии пугают его. Естественно, Камилла не преминула взять это на вооружение и теперь подтрунивает над ним из-за размера его телефона. Она не представляет, как можно жить без сенсорного экрана, соцсетей и «Сири». Когда он через пару минут возвращается и садится в кресло напротив, мое сокровище продолжает его пытать: