Книга Никогда, никогда, страница 120 – Таррин Фишер, Колин Гувер

Он проводит ладонью по своему лицу и качает головой, испустив глубокий вздох.

— Как тебя зовут? – спрашивает он.

Я открываю рот, чтобы сказать ему, что это не его дело, но тут до меня доходит, что я не знаю. Я не знаю, как меня зовут.

В таком случае…

— Дилайла.

— Дилайла…? – переспрашивает он.

Здесь довольно темно, но я готова поклясться, что он улыбается.

— Да… а что, это имя недостаточно хорошо для тебя?

Он качает головой.

— Дилайла отличное имя, – говорит он. – Послушай… Дилайла. Я не знаю, что мы тут делаем, но прямо за твоей головой к двери прилеплена записка. Ты не могла бы снять и прочитать ее?

Я боюсь, что, если я повернусь, он нападет на меня. Я, оборачиваясь, протягиваю руку назад и шарю. И, нащупав листок бумаги, отлепляю его от двери и подношу к лицу.

Чарли! Не открывай дверь сразу. Этот парень, находящийся с тобой в комнате… ты можешь ему доверять. Подойди обратно к кровати и прочти все записи. Они все тебе объяснят.

— Думаю, эта записка адресована тебе, – говорю я ему. – Тебя зовут Чарли? – Я снова смотрю на парня на кровати. Он тоже что-то читает. Затем поднимает голову и протягивает мне маленький белый прямоугольник.

— Посмотри на это, – предлагает он.

Я делаю шаг вперед, потом еще один и еще один. Это водительские права. Я вглядываюсь в фотографию на них и затем в его лицо. Это один и тот же человек.

— Если тебя зовут Сайлас, то кто же Чарли?

— Это ты, – отвечает он.

— Я?

— Да.

Он берет с кровати листок, вырванный из блокнота.

— Это написано здесь. – Он протягивает мне листок, а я возвращаю ему его водительские права.

— Чарли – это не женское имя, – говорю я. Затем начинаю читать то, что написано на листках, и все остальное отходит на задний план. Я тяжело опускаюсь на край кровати.

— Какого черта?

Этот парень, Сайлас, тоже читает записи на листках. Его взгляд скользит по бумаге, которую он держит перед своим лицом. Я украдкой посматриваю на него, пока он читает, и всякий раз мое сердце начинает биться немного быстрее.

Я продолжаю читать, и меня охватывает все большая и большая растерянность. Эти записи якобы были сделаны мной самой и этим парнем, но то, что в них говорится, не имеет смысла. Читая, я беру ручку и переписываю записку, которую я сняла с двери, чтобы посмотреть, действительно ли ее написала я сама.

Почерк полностью совпадает.

— Ничего себе! – бормочу я. – Это же какой-то бред! – Я кладу листок на кровать и мотаю головой. Как это может быть правдой? Это похоже на что-то, вычитанное в романе. Потеря памяти, отцы, предавшие свои семьи, вуду. Боже мой. Внезапно мне хочется блевать.

Почему я не могу вспомнить, кто я? Почему я не помню, что делала вчера? Если то, о чем говорится в этих записках, правда…

Я собираюсь высказать это вслух, когда Сайлас протягивает мне еще один листок бумаги.

У вас есть только 48 часов. Не зацикливайтесь на том, почему вы ничего не помните, и на том, как это странно. Сосредоточьтесь на том, чтобы выяснить, что к чему, до того, как вы забудете все опять.

Чарли

Это тоже написано моим почерком.

— Я пишу убедительно, – говорю я. Он кивает.

— Итак… где мы сейчас? – Я обвожу комнату взглядом и замечаю остатки еды на столе. Сайлас показывает на бумажный треугольник на прикроватной тумбочке. Это гостиница. В Новом Орлеане. Класс.