Книга Пусть она вернется, страница 16 – Синтия Кафка

— Прижав меня к стенке?

— А ты бы пришла по своей воле?

Один-ноль в его пользу. Я взвешиваю все за и против. Правильно ли будет встретиться с этой женщиной, если я хочу отправиться по следам моей матери? Не могу понять, стоит ли игра свеч.

— Откуда ты ее знаешь?

Тим прикрывает на секунду глаза, и мне кажется, что он хочет соврать. Хотя ответ кажется вполне разумным:

— Она работает в коммерческом центре, мы постоянно пересекаемся.

— И она согласна поговорить со мной наедине?

— Я рассказал ей твою историю в общих чертах и признался, что мы как раз на перепутье. Она рассказывает о своем исчезновении совершенно открыто, поэтому беседа с ней может быть полезной для тебя.

Чем я, в конце концов, рискую? Если мне станет тяжело, я могу просто закончить разговор, и все.

Придя к этому решению, я вижу женщину, которая приближается к нам, и еле успеваю расслабить мышцы лица, чтобы выдавить из себя подобие кривой улыбки.

— Тимоте, я так рада тебя видеть. А вы, должно быть, Марго? Очень приятно.

У нее крепкое рукопожатие. О, и мои руки могут двигаться, уже хорошая новость.

Женщина в самом элегантном возрасте, около сорока, милое и приветливое лицо внушает доверие.

Я заставляю себя дышать спокойно и размеренно. Раз, два, три.

— Марго, познакомься с Мари-Лин, – представляет ее Тимоте, и вид у него взволнованный.

— Не как Мэрилин Монро, – смеется она, присаживаясь за столик. – Как Мари-Жаклин, так не слишком по-американски звучит, немножко даже как на воскресной мессе, но меня все переспрашивают.

— У Мари-Лин киоск с бижутерией напротив кафе, – поясняет мой друг. – Она вернулась восемь лет назад, после трех лет отсутствия.

Мари-Лин хихикает, как будто он остроумно пошутил.

— Вас не было три года, вы осознаете это? Для каникул как-то долго!

Мне нравится его манера разряжать обстановку, попытки облегчить мое состояние, но теперь, когда она сидит напротив, я предпочитаю сжечь мосты:

— Что побудило вас уехать? Кто-то или что-то?

Выражение лица Мари-Лин становится серьезным.

— Я сама, только сама. Я растерялась, не могла больше выносить саму себя, выбрала путь, который вел в никуда, и задыхалась. И тут я почувствовала, как будто меня что-то притягивает. Такое влечение может ощутить всякий, как будто вы за рулем автомобиля и вас невыносимо тянет свернуть, понимаете?

Мы кивнули, пристально следя за ее губами, а она продолжила:

— Исследования показали важность подобных побуждений, поскольку они позволяют нашему мозгу избавиться от страхов. В случае, если мы его не слушаем. Но я не только ощутила его, я ему подчинилась и уехала.

Эта фраза болезненно отзывается во мне. Страх, что существует некий ген бегства, возглавляет список моих самых тайных опасений. Страхи вполне естественны, как и большинство наших побуждений. Но иногда за ними следуют поступки. Почему? И как избежать этого?

— И как вы решились?

— Я думаю, что потребность была сильнее моей воли. Чтобы представить это себе наглядно, вообразите, что погружаетесь в воду на дно бассейна. И вдруг вам не хватает воздуха. Единственное, что можно сделать, чтобы не утонуть – это оттолкнуться ногами ото дна, сделать рывок и всплыть на поверхность. Чтобы, наконец, глотнуть воздуха. Исчезнуть – на первый взгляд, это нечто подобное.