Книга Пусть она вернется, страница 38 – Синтия Кафка

«Счастье часто прямо перед тобой. Надо только открыть глаза пошире».

Незачем искать особый смысл утренней цитаты. Я открыла ставни, прежде чем вытянуть очередную карту из набора, и если видеть перед собой восхитительный пейзаж – счастье, то вот оно. Солнце залило комнату, вокруг меня гуляют ароматы природы, я ощущаю себя на редкость умиротворенной. А вчерашний спор с Тимоте не вызывает во мне ни размышлений, ни запоздалых сожалений.

Проглотив достойный великана завтрак, мы направились в сторону Мачинаджио, ближайшего к нашему курортному местечку порта.

Почти два часа мы бродили по улицам и переулкам, как будто в поисках сбежавшего кота. Тем не менее дважды наши собеседники пробудили в нас надежду, но пока Тимоте лихорадочно записывал их рассказы, я уже рвалась дальше.

Их свидетельства никак не могли касаться моей матери.

Усевшись на террасе кафе напротив порта, я перевариваю утрату иллюзий. Конечно, я не предполагала, что столкнусь с ней, прямо выйдя из самолета, но при этом не была готова и ко всем этим направленным на меня сочувствующим взглядам. «Это ваша мама? А она давно пропала?» Эти вопросы невольно возвращали меня в прошлое.

— Как ты себя чувствуешь? – беспокоится Тимоте.

— Это оказалось труднее, чем я себе представляла. А что я представляла на самом деле? Что Корсика станет игрой с подсказками, которые приведут нас к матери?

— Любое расследование состоит из успехов и неудач, из периодов, когда все складывается само собой, и времен, когда руки опускаются.

— Побудь мной, я специалистка в том, как выйти из игры, – иронизирую я. – Если честно, мне кажется, что я ищу иголку в стоге сена.

— Тем не менее два человека вроде как ее узнали.

— Подумаешь! – бормочу я, открывая дневник. – Парня, который был уверен, что узнал свою тетю, можно вычеркнуть.

— Это правда. К тому же тете должно быть не меньше ста лет, судя по описанию. Тем не менее можно проверить того человека, что мы встретили в порту.

— Вау. Гипотеза с брюнеткой, которая ежедневно с полудня до двух часов плавает на пляже в Тамароне… Я очень сомневаюсь. Моя мать не любила плавать, она боялась воды.

— А вдруг сейчас как раз полюбила…

— Если так, то это расширяет потенциальное поле поисков, – ворчу с горечью в голосе. За пятнадцать лет без новостей может случиться что угодно. Кто знает, может она стала инструктором по водным лыжам, заводчиком диких свиней или даже бородатым подтянутым мужчиной-бодибилдером, рассекающим по Корсике на «Харлее».

— Как бы там ни было, пляж всего в нескольких минутах отсюда, и, по мнению местных, это выдающаяся достопримечательность. В худшем случае у нас будет повод искупаться. Мы можем пойти туда пешком по тропе для туристов.

— Только в твоих мечтах, мажор!

Мы снова садимся в машину, чтобы добраться до места, которое, согласно данным из гугла, похоже на рай.

Но, прежде чем прикоснуться к раю, надо хотя бы для виду пройти сквозь ад.

— Направо. Нет, налево! Поворачивай!

— Там нет дороги, Марго, – раздражается Тим, сжав челюсти.

— О черт. Мне кажется, у навигатора солнечный удар, он посылает нас повсюду и никуда одновременно… А существует ли на самом деле дорога, или навигатор предлагает переть напролом?

Минут двадцать подряд мы то и дело возвращаемся в одно и то же место, нам не удается найти правильный маршрут. К счастью, мы взяли самую маленькую машинку, потому что Тимоте вынужден разворачиваться на микроскопической дороге между проселками и канавами.