Книга Не суди по оперению, страница 27 – Зои Брисби

Если бы он был «хорошим человеком», он бы порадовался за нее, как те, кто говорит: «главное, чтобы она была счастлива, я хочу ей только счастья». Нет! Он хотел, чтобы она была счастлива только с ним!

Мучаясь от этих пагубных мыслей, видя, что стал совсем другим человеком, чем прежде, не таким, каким ему хотелось, он решил что-то предпринять. Максимум, на что он оказался способен в своем прозябании, это поездка в Брюссель. С попутчиком, чтобы вышло подешевле. Брюссель был лишь предлогом для того, чтобы найти хоть какой-то способ сбросить страшную глыбу с груди и начать дышать.

Максин почувствовала, что Алекса опять охватывает безысходность. Только не давать ему снова погрузиться в тоску! У него уже наблюдались первые признаки небольшого улучшения после начала поездки, и она не хотела терять этих хотя бы и скромных достижений. Она должна вывести его на правильную дорогу. Дорогу к жизни.

— У нас с тобой разные случаи. Ты молод, у тебя вся жизнь впереди.

— Для чего? У меня нет ни будущего, ни планов. Как вы сами сказали – никаких перспектив…

Алекс вдруг широко открыл глаза, как это бывает, когда человек неожиданно понимает что-то очень важное.

— Вот оно что, я старик. Да-да, я старик. У меня налицо все симптомы: апатия, усталость, отсутствие аппетита, депрессия, потеря интереса ко всему… И потом, я обожаю отвары из трав. На все случаи жизни: от артрита, от атеросклероза, тонизирующие, расслабляющие и даже мочегонные…

— Если судить по твоим музыкальным пристрастиям, я согласна. Но в остальном… Посмотри на себя. Ты молодой, сильный, ты ничем не болен.

— Ну, это если абстрагироваться от землистого цвета лица и кругов под глазами.

— Именно. Я совершенно уверена, что, если тебя причесать, ты похорошеешь и будешь себя чувствовать гораздо лучше.

Мобильник Максин опять зазвонил. Она скользнула взглядом по экрану и опять убрала его в сумку.

— Ну, что скажешь?

— Насчет чего?

— Насчет смены имиджа. Ты будешь моей Джулией Робертс, а я – твоим Ричардом Гиром. Вот уж оторвемся!

И она захлопала своими маленькими ручками, покрытыми пигментными пятнами.

Алекса эта идея не приводила в такой восторг. Ему было хорошо в его майке, такой же серой, как его настроение, и в джинсах, таких же старых, каким он казался себе. Но бабуле это мероприятие, судя по всему, доставит огромное удовольствие. Вообще, после сцены с Ребеккой она уже гораздо меньше была похожа на самоубийцу. Может быть, благодаря ему что-то в ней изменилось? Может, ему удалось отвратить ее от рокового решения? И его бесполезное существование принесет пользу кому-то, кроме него? Отступать нельзя, он был почти у цели. И решил, что «если его причесать», то он от этого не умрет. Ради такого-то дела.

— Ладно. Согласен.

— Замечательно! Увидишь сам – тебе станет гораздо лучше.

— Г-м-м…

— Да, все пойдет как по блину.

— Как по маслу. Говорят: «по маслу».

— Только не начинай. Я всегда говорила «как по блину». Такое вот выражение.

— Значит, вы всегда ошибались.

— Что за наглость! Эта молодежь думает, что все знает. А на самом деле плетется в хвосте. Где твоя логика? Ну, при чем тут масло?

— Блин, конечно, логичнее!

— Совершенно верно. Если хочешь знать, господин Всезнайка, блин – это символ общности людей, он объединяет их за одним столом. А если и дальше рассуждать, то он отсылает к Земле, которая круглая.