Книга Не суди по оперению, страница 87 – Зои Брисби

Она жалела, что познакомилась с ним так поздно. Как бы ей хотелось подольше насладиться его присутствием. Но она знала, что счастье заключается в способности радоваться тому, что имеешь, а потому смаковала этот бонус во времени, предоставленный рассерженными водителями такси.

Алекс нервничал. Он насмотрелся достаточно фильмов, чтобы усвоить – когда ты в бегах, останавливаться нельзя. Он уже не мог играть в игры Максин, но подчинялся, боясь, как бы она не предложила сделать еще одно упражнение на доверие или спеть караоке.

Вдруг он услышал бурчание у себя в животе.

— Я хочу есть!

От удивления он произнес это очень громко. Чувство голода его поразило. Он уже испытал его раньше, в пабе с Максин, но решил тогда, что это случайно. Ведь уже несколько месяцев сама мысль о еде вызывала у него отвращение, а тут он опять захотел есть.

— Надо было поесть «Эм-энд-Эмс».

— Запросто, если бы вы мне оставили.

— Пакетик был крошечный. И потом, я их заслужила, ведь это я вырубила дубинкой грабителя и освободила вас с кассиром.

— Нет дубинки, нет шоколада. Так?

Она кивнула головой.

— Есть хочу! Есть хочу! Есть хочу!

Он топал ногой, как ребенок.

— Ты же видишь, мы в пробке. Значит, должен отключиться от твоей проблемы.

Алекс, надувшись, сложил руки на груди в знак недовольства.

— Все зависит от твоей головы. Ты должен сказать своему мозгу, что ты не голодный.

— Особенно здорово это слышать от того, кто почти на ходу выскочил из машины ради шоколадного батончика.

— Я не «выскочила на ходу», – возразила она, рисуя в воздухе кавычки. – Я стремительно вышла, поскольку у меня рефлексы и суставы работают, как у молодой, лет шестидесяти, не больше.

— Почти как Жерар Филип в «Фанфан Тюльпан», только без шпаги.

Максин загадочно улыбнулась.

— А ты знаешь, что я была знакома с Жераром Филипом?

— А вы знаете, что он умер?

— Конечно.

— Ах да, я забыл, что тот, кто был с вами знаком, почти наверняка умер.

Она на несколько секунд задумалась.

— Не совсем все. Но он точно умер.

— Так вы были с ним знакомы?

— И даже очень хорошо.

Алекс улыбнулся краешком рта.

— Очередная жертва ваших чар?

Старая дама приняла самый обиженный вид, какой только нашелся среди ее актерских амплуа.

— За кого ты меня принимаешь? Это оскорбительно! Я не какая-нибудь вертихвостка! Я верная жена, порядочная и честная женщина.

Ей не хватало лишь мантии, чтобы выглядеть еще эффектнее.

— Мои ценности незыблемы. Я всегда вела себя достойно.

— Бла-бла-бла… – перебил ее Алекс. – Так у вас был с ним роман или нет?

— Совсем несерьезный.

— Так я и знал! Вы обольстительница, Максин. Я хочу знать подробности!

— Да ничего такого. Пациентом моего мужа был один знаменитый режиссер, который страдал обсессивно-компульсивным расстройством. В благодарность за то, что Шарль помог ему избавиться от него, он пригласил нас на прием после премьеры своего последнего фильма, в котором снимался Жерар Филип. В какой-то момент шампанское ударило мне в голову, и я вышла в сад подышать. Пройдя несколько шагов, я столкнулась нос к носу с Филипом. На нас струился лишь свет полной луны. Вдали слышались звуки музыки и голоса. Какая-то особая атмосфера царила вокруг. Как будто мы были одни на свете в этом пустом саду. Он ничего не сказал мне, подошел и поцеловал меня. А потом ушел.