Книга В этот раз по-настоящему, страница 52 – Энн Лян

Эмили фыркает себе под нос.

— Если ты встречаешься с Кэзом Сонгом, тем актером, то я – с Гун Цзюнем ^[13].

— А я – с Лю Дэхуа ^[14], – подхватывает Ма и качает головой, снова принимаясь за нарезку хлеба.

Папа хмуро смотрит на нее.

— Ты замужем.

— Ой, да это просто шутка, лаогун ^[15]. – Ма игриво подталкивает его локтем, и выражение папиного лица сразу смягчается. – Конечно, я помню.

Если раньше мое лицо горело недостаточно, то сейчас оно просто пылает.

— Это не шутка, – протестую я, стукнув тарелкой с морковью по столу. – Мы встречаемся. Он ходит в нашу школу. – В отчаянии я оборачиваюсь к Эмили. – Ты же знаешь, что он ходит в нашу школу, правда? И живет недалеко от нас?

— Ага, что-то такое слышала, – кивает она, все еще слегка улыбаясь. Ну хоть уже не смеется мне в лицо. Прогресс. Вроде как.

— Я уверена, ты еще встретишь кого-нибудь, Ай-Ай, – говорит Ма. Боже, она что, утешает меня? Разговор зашел куда-то совершенно не туда. – Ты очень умная девочка, и веселая, и ты… не боишься есть острое, и… – Она замолкает с неопределенным жестом – видимо, больше ни одно из моих достоинств не приходит ей в голову.

— Ты здорово режешь морковку, – подхватывает Ба.

— Это, конечно, очень мило с вашей стороны. Но я вот уже несколько минут пытаюсь вам сказать, что я уже встречаюсь кое с кем. А вообще, знаете что? – Я щелкаю пальцами, пораженная внезапным озарением. – У меня есть доказательства!

Пока мои родители обмениваются удивленными – если не сказать слегка встревоженными – взглядами, я вытираю ладони о рубашку, достаю телефон и открываю фото, сделанное Кэзом. То, где я чмокаю его в щеку.

— Это пару дней назад. – Я поворачиваю экран так, чтобы они могли видеть.

Хочется провалиться под землю, когда все трое наклоняются и пристально рассматривают фото, разглядывают под всевозможными углами, словно это какой-нибудь редкий экспонат, впервые попавший на фото.

— Что ж, – наконец говорит Ма, выпрямляясь и снова придавая лицу бесстрастное выражение.

Я даже не знаю, какой из этих сценариев хуже: родители отказываются верить в мои отношения с Кэзом Сонгом даже несмотря на фотографию или полностью принимают эту ложь, доверившись мне… Чувство вины, словно игла, пронзает живот при одной мысли об этом.

Затем Ма по-деловому складывает руки на столешнице, совершенно забыв про хлеб рядом с собой.

— Знаешь, мне просто любопытно… Как именно это… ну, ваши… – она указывает на телефон, – началось?

И я рассказываю. Рассказываю ту же историю, что описала в эссе, потому что чем последовательнее ложь и чем меньше версий ты выдумываешь, тем лучше. Так проще придерживаться легенды.

Когда я наконец замолкаю, а бо́льшая часть хлеба уже зачерствела, Эмили прижимает ладонь ко рту.

— Божечки! Ты не собираешься пригласить его на ужин? – спрашивает она, широко раскрыв глаза. – Мы обязательно должны познакомиться. А если он даст несколько автографов, то их мы сможем продать за…

— Нет! – вскрикиваю я. Знакомство с семьей – граница, пересекать которую я однозначно не хочу.

— Ты что, не хочешь заработать? – возмущается сестра.

— Я говорю не об автографах. – Хотя и о них тоже. – Еще слишком рано для знакомства, не будем торопить события, ладно? Я… я еще не готова. И кстати, ты наверняка сможешь увидеть его в школе.