Книга В этот раз по-настоящему, страница 70 – Энн Лян

Словно в подтверждение моих мыслей, в этот самый момент компашка Кэза врывается в раздевалку и окружает его.

— С днем рождения, дружище! – кричит Дайки, хлопая Кэза по плечу, в то время как остальные вторят ему громкими возгласами, а Саванна, широко ухмыляясь, протягивает самый красивый торт из всех, что я когда-либо видела.

Внутри меня что-то ломается.

Этот кремово-белый, многоярусный, изящно украшенный торт смотрелся бы уместно и на шикарной свадьбе: с нежно-голубыми цветами, нанесенными глазурью по бокам, и блестящими жемчужинками карамели на самом верху. Несколько случайных зрителей ахают, некоторые придвигаются ближе в надежде получить кусочек.

Нелепость моего собственного торта возрастает в геометрической прогрессии.

Испечь его было отстойной идеей. Надеяться на что-то – тем более.

Я уже иду прочь, размышляя, не отдать ли мой кулинарный шедевр Эмили на ланч, когда слышу, как кто-то зовет меня по имени:

— Элиза! Элиза, подожди!

Я удивленно оборачиваюсь. Кэз проталкивается сквозь толпу своих обожающих фанатов. Движется прямо ко мне. И я вдруг понимаю, что хуже влюбленности в айдола может быть только одно – осознание этой влюбленности. Мой пульс учащается, и будь это одна из дорам с участием Кэза, прямо сейчас фоном непременно зазвучала бы медленная, романтичная музыка.

О боже!

Это все, чего я боялась.

— Черт, ты так быстро ходишь! – Он машет головой.

За его спиной друзья пихают друг друга локтями и смотрят на нас так, словно мы герои самого захватывающего сериала: широко распахнув глаза и приоткрыв рты. Саванна все еще держит в руках гигантский торт.

— Ну, вообще у меня… эм-м… уже есть планы, так что… – Я заставляю себя улыбнуться, но внезапно не могу вспомнить, улыбалась ли ему раньше. И улыбалась ли так широко. В ужасе представляю над собой неоновую вывеску, проецирующую все мои чувства. Ни при каких обстоятельствах Кэз Сонг не должен узнать, что он мне нравится. Последствия будут катастрофически унизительными.

Он странно смотрит на меня.

— Все нормально?

— Угу. – Я усиленно киваю. «Ну же, Элиза, соберись и веди себя естественно!» – Угу, все отлично. А… а что?

— Да просто, – медленно произносит он. Затем его взгляд останавливается на стеклянной банке с журавликами в моих руках. – А это что?

— Ничего. – Я прячу банку за спину, но недостаточно быстро.

— Выглядит как подарок, – говорит он, делая шаг вперед.

— Ну, вообще-то, нет.

Кэз выгибает бровь.

— Ты уверена?

— Абсолютно. На сто процентов.

На его лице мелькает что-то вроде нерешительности. Как будто бы он действительно разочарован – можно подумать, у меня есть шанс его разочаровать.

Мысль дурацкая, как ни крути, но я все равно чувствую сомнение.

— Ладно, да, это подарок, но… Ничего особенного. Не радуйся так уж сильно, ладно?

А затем я почти что швыряю в него банку.

Он легко ловит ее одной рукой и медленно поворачивает в разные стороны, изучая. Сперва он, кажется, не понимает, что это такое, пока не замечает слова, написанные на журавликах. Я слишком нервничаю, чтобы посмотреть ему в глаза, пока он читает через стекло некоторые из пожеланий. Наверное, я боюсь увидеть презрение, или скуку, или того хуже: безразличие. Наверняка он постоянно получает подобные вещи на встречах с фанатами. Наверняка для него это сущий пустяк.