Книга Дистанция, страница 138 – Луна Мейсон

Мое тело начинает дрожать. Мэдди обнимает меня крепче и кладет свою руку поверх моей, покоящейся на животе.

— Я всегда буду рядом, Сиенна. Обещаю. И никуда не денусь. Я буду помогать тебе на каждом шагу. Но мне нужно, чтобы и ты себе помогла. Я люблю тебя, но не могу сидеть и наблюдать за тем, как ты себя чуть ли не убиваешь.

Мое тело сотрясают рыдания, слезы находят долгожданный выход. Я едва могу дышать, когда моя грудь разрывается в поисках воздуха.

— Мне так жаль, Мэдди. Мне очень, очень жаль.

— Ничего, Си. Все будет хорошо, – шепчет она успокаивающе, гладит меня по волосам и позволяет выплакаться.

Я плачу, пока не останется сил. Мир погружается во тьму, и я падаю в глубокий сон.

Когда я наконец просыпаюсь, что-то подсказывает мне, что нужно принять душ. Пора сделать хоть что-то. И я слушаю нутро. Несмотря на то, что все тело болит, я иду мыться, и струи воды отвлекают меня от внутренней боли. Я снова разражаюсь рыданиями и плачу до тех пор, пока не кончатся слезы.

Я даже не забочусь о том, чтобы смотреть в зеркало. Я в курсе, что ничего хорошего там не увижу.

Приняв душ и натянув леггинсы и джемпер, я, наконец, решаюсь выбраться за пределы спальни. Медленными шагами я прокрадываюсь на кухню и включаю чайник.

— Мэдди, хочешь кофе? – кричу я и тут же жалею об этом, потому что ребра пронзает боль, вынуждающая меня согнуться пополам.

— Эй, не торопись. Ты присядь, а я сварю, – предлагает Мэдди, обнимая меня за талию, и, принимая мой вес на себя, помогает мне дойти до дивана.

Я вдыхаю аромат кофе, желая прочистить дыхательные пути, и пар от напитка наполняет ноздри.

— Как себя чувствуешь, Си? – осторожно спрашивает она, ожидая, что я не выдержу.

— Ну, я выбралась из комнаты, так что, думаю, это прогресс, – я вздыхаю, уставившись в чашку с кофе.

— Ты думала, что будешь делать? – уточняет она.

— Ты о чем?

— О ребенке. Ты его оставишь? Расскажешь Келлеру?

Желчь поднимается к горлу и попадает в рот.

— Конечно, я оставлю его. И нет, Келлеру не обязательно знать. Я не могу допустить, чтобы он бросил и нашего ребенка. Я не понаслышке знаю, как это портит жизнь.

— Ладно. Что ж, на следующей неделе тебе предстоит обследование. Надеюсь, скоро мы увидим малыша на экране!

Ее волнение вызывает у меня улыбку. Думаю, медленно, но верно, я смогу прийти в себя. Просто не уверена, оправится ли когда-нибудь мое сердце.

— Дэвид спрашивал, может ли он заскочить к тебе попозже. Ты не против?

Против, не хочу никого видеть.

— Пускай заходит, – выдавливаю я.

— Хорошо, тогда напишу ему. Наверное, будет приятно провести время с друзьями. Мы все хотим тебе помочь, Си.

Я могу лишь кивнуть в ответ.

Через несколько часов заявляется Дэвид, бросается к дивану и заключает меня в объятия.

— Я так рад тебя видеть. Я скучал по тебе, малышка, – говорит он, одаривая меня своей лучшей улыбкой.

— И я по тебе скучала, – вру я. Я не могу ни по кому скучать. Я ничего не чувствую.

Он плюхается на диван между мной и Мэдди и закидывает руку мне на плечо, чтобы притянуть к себе.

Прямо как когда-то делал Келлер.

Это уже слишком, комната начинает кружиться, и из легких будто выкачивают весь воздух.

Черт, я так больше не могу.

— Убирайся.

— Что? Что случилось, поговори со мной, детка.

Детка.

Я вырываюсь из его объятий, вскакиваю на ноги, сверлю его взглядом и вижу, как на его черты искажает обида. Одного слова хватило, чтобы довести меня до крайности. В голове звучит голос Келлера, и меня охватывает ярость.