Книга Игрок, страница 111 – Селина Аллен

Никогда.

Как я мог так наивно полагать, что это сработает? Что после всех тех восьми лет, что я не мог ее забыть, я смогу держать с ней дистанцию? Я чувствовал себя жалким.

— Выбирай сама, от чего ты будешь вздрагивать и жаться ко мне, как маленькая крольчишка.

— Мечтай, я начала смотреть ужасы, когда мне стукнуло семь. Через полчаса сеанс «Оно». А с минуты на минуту начнется фильм «Зеркала». – Она задумчиво постучала пальцем по нижней губе. – «Оно», классика перед Хэллоуином, я не смотрела, кстати, и его нет в моем списке.

— Отличный выбор.

— Возьмем билеты, и я хочу попкорн! – скомандовала она, направляясь к кассе, думая, что я послушно пойду за ней.

И я пошел.

Мы запаслись попкорном, Кирби взяла содовую, а я свой любимый тыквенный латте на миндальном молоке, мы расположились в самом центре зала, который был практически пуст. Должно быть, только мы и еще парочка любителей ужасов хотели окунуться в атмосферу таинственности и мистики.

Этот фильм точно не занял бы первую строчку в топе самых страшных кинолент, Кирби старалась казаться храброй девочкой, но в моменты особой напряженности она вздрагивала и впивалась в мою руку, покоившуюся на подлокотнике. Поглядывала в мою сторону, проверяя, не замечаю ли я этого, и снова обращалась к экрану, но я замечал. И стоило ей вернуть внимание к фильму, я слегка поворачивал голову в ее сторону и следил за эмоциями на ее лице.

Мне нравилось, как она кусает губы от напряжения, как вжимается в кресло от нетерпения и внимательно смотрит фильм. На секунды мне показалось, что мы одни с ней в этом зале, я не слышал аудиодорожки фильма, тихие разговоры и покашливания зрителей отошли на второй план, она была моим фильмом, тем, ради чего я сидел в зале. И мысль, внезапно посетившая меня, пустила нервный ток по телу: я мог бы пересматривать этот фильм снова и снова, и мне не надоело бы, не приелось и не захотелось других фильмов.

Я пододвинулся к ее уху и прошептал:

— Почему именно фильмы ужасов, Кирби?

Она вздрогнула и скосила глаза.

— Потому что в фильмах ужасов есть все, что нужно человеку: тайна, напряжение, взрыв. Это приятные эмоции без лишней возни и неловких моментов.

— Неловких моментов?

— Как в мелодрамах. Я ненавижу фильмы о любви.

— Ты фанатка «Рока в летнем лагере», – напомнил я.

— Была, Рэй, когда мне было тринадцать.

— Семнадцать, – поправил я, словно это действительно было важно. – Так и чем плохи фильмы о любви?

Уголок губ Кирби пополз вверх, я так и не понял, мысли о мелодрамах вызывают в ней желание язвительно посмеяться или тепло улыбнуться.

— В них обязательно кто-нибудь позорится. Глупые сцены для наивных мечтателей.

— Например?

Она задумалась на секунду.

— «Предложение». Неловкость от начала и до конца. Что мешало им просто переспать?

— Ненависть?

— Секс, основанный на ненависти, самый горячий. Мы тому пример.

Я вскинул бровь:

— Значит, между нами есть ненависть?

— Точно не любовь, – усмехнулась она, заставляя мое сердце пропустить удар.

— Еще примеры? – Я решил поскорее перевести тему.

— «Как отделаться от парня за десять дней». Помнишь тот грандиозный финал, когда они пели песню и опозорили друг друга? Эти фильмы лишь показывают, что любовь делает нас идиотами.

— Не совсем так, любовь делает нас свободными, – поправил я, но замечая ее подозрительный взгляд, добавил: – вернее, такова задумка всех фильмов о любви. Для кого-то герои выглядят идиотами, но какая разница, если, в отличие от остальных, они свободны.