Книга На твоей орбите, страница 30 – Эшли Шумахер

Можно было пойти вчера, но, когда я собирался домой, увидел сообщение от Эбигейл: «№ 7 на поле, № 1 в моем сердце, что бы там ни говорил "Краш"», за которым следовал ряд эмодзи-какашек (наша старая шутка – уже не помню, как она появилась). Домой я не поехал, а оказался в сельскохозяйственном амбаре, где проводились уроки труда.

Мистер Самптер, правитель амбара и его обитателей, уже привык, что я прихожу-ухожу, когда вздумается. Он мало разговаривает. В девятом классе я почти все свое свободное проводил в амбаре и отметил, что мистер Самптер коммуницирует в основном с помощью кряхтений и шлепков: в одну минуту может ударить руку, тянущуюся к опасному инструменту, а в другую – приласкать ягненка.

Что он точно не комментирует, так это мои визиты вроде вчерашнего, когда я появился в углу мастерской и достал миниатюрную кухню, над которой корплю с середины лета. Уроков труда у меня не было с девятого класса, но я наверняка провел за работой больше времени, чем его ученики.

Игрушечная кухня была идеей мистера Самптера: как-то раз, когда я пришел в амбар после тренировки, чтобы – это прозвучит странно – подышать запахами дерева и сена и выбраться из водоворота мыслей, он положил передо мной нарисованный от руки чертеж.

Кухня почти готова. Я спроектировал кое-какие улучшения, отмерил место для пластмассовой раковины, переделал нижние полки так, чтобы влезли игрушечная еда и сковородки. Когда я работаю в мастерской, мне кажется, будто моя жизнь в порядке, будто я решаю проблемы, а не создаю их. Мне нравится, что у меня есть план, мой план, которому я могу следовать и получать нужные результаты.

Но это было вчера.

Сегодня я решительно настроен поговорить с Новой, однако у меня нет ни плана, ни сурового наставника вроде мистера Самптера.

Мы с Новой пересекаемся только на уроке английского, и, конечно же, на уроке присутствует Эбигейл, и, конечно же, мы сидим рядом, и, конечно же, если бы Нова попыталась заговорить со мной, это поставило бы ее в неловкое положение, ведь Эбигейл постоянно находит причины дотронуться до меня или одолжить у меня ручку. Не должно быть никакой неловкости, но она есть. Наверное, потому, что это я должен подходить к Нове, но я не могу. Не на виду у всех. К тому же я хорошо помню, как скривилось лицо Эбигейл, когда она узнала результаты «Краша».

Проще всего не объяснять, откуда я знаю Нову. Проще… не подходить к ней, пока Эбигейл рядом.

В висок прилетает бумажный шарик.

Ах да, Лис тоже на этом уроке.

— Чел, – говорит он, наклоняясь над партой. – Твои волосы обалденно пахнут.

— Перестань уже, а? У меня шампунь закончился. Пришлось мамин одолжить.

Лис делает глубокий вдох:

— Пахнешь коричневым сахаром и кокосом. Как на пляже. Сексуальном пляже.

Эбигейл постукивает по руке Лиса сине-белыми ногтями – они того же цвета, что и ее чирлидерская форма.

— Прекрати приставать к моему парню. Вы разве не должны сейчас сосредоточиться на игровой тактике перед сегодняшним матчем или что-то такое?

В передней части класса миссис Трейнер со вздохом включает смарт-доску.

— Вы все должны сосредоточиться на основных источниках конфликта в «Суровом испытании», но, судя по вашим сочинениям, я сомневаюсь, что вы его вообще читали.

Весь класс страдальчески стонет, и миссис Трейнер предупреждающе поднимает палец.