Книга Все наши цвета, страница 178 – Инма Рубиалес

— Я знаю, что ты к ней ничего не чувствуешь, – отвечает Лия. Я вижу, как спокойствие возвращается к ней.

— Ну тут ты не права. Она вызывает у меня массу эмоций. Например, раздражение.

— Тебя раздражают все вокруг.

— Только не ты.

— Но раньше я тоже тебя раздражала.

— Меня больше бесило то, что я так сильно хотел тебя поцеловать, когда ты явно меня ненавидела.

Лия улыбается.

— Значит, хорошо, что теперь ты мне нравишься, – бросает она.

Я тоже улыбаюсь. Внезапно она наклоняется ближе, и ее губы почти касаются моих. Когда я пытаюсь поцеловать ее, она отстраняется, дразня меня. Лия смеется, но я кладу руку ей на спину и притягиваю ближе. Это нежный поцелуй, совсем не похожий на прежние. От него что-то начинает вибрировать у меня в груди, и шестеренки внутри оживают, крутясь все быстрее.

— Я тоже виноват, – бормочу я, касаясь уголков ее губ. – Мне не следовало быть таким резким, когда я говорил о Линде. И, возможно, стоило поделиться своими подозрениями раньше.

— Не вини себя.

— Давай просто примем, что мы оба были не на высоте.

Лия обвивает руками мою шею.

— Ты совсем не оправдываешь свою репутацию плохого парня, когда говоришь такие правильные вещи.

— Учитывая, что я не нарушаю закон и не завтракаю наркотиками, моя репутация рухнула давным-давно, – шутливо парирую я.

Лия снова целует меня, и, как всегда, когда мы вместе, на какое-то время все проблемы исчезают. Я не хочу даже думать о том, что сейчас она может уйти.

— Пойдем в кровать, – умоляю я, чуть отстранившись, чтобы посмотреть на нее. Лия особенно красива вблизи – с этими зелеными глазами и россыпью веснушек на носу.

Ее улыбка застывает.

— Сегодня у меня нет настроения для…

— Мы можем просто посмотреть кино, – поспешно говорю я и почти сразу вижу облегчение на ее лице. Пытаюсь сдержать обиду: никому бы и в голову не пришло, что после всего случившегося я хочу воспользоваться ситуацией. Но Лия порой сомневается, и я не виню ее. Похоже, отношения с Хейзом были нездоровыми во многих смыслах.

Эти страхи, эти навязчивые мысли – не нужно принимать их на свой счет. Это последствия всего, что ей довелось пережить раньше.

— Может быть, ужастик?

— Нет.

Лия хмурится.

— Почему нет?

— А что-нибудь другое?

— Я хочу ужастик.

— А фильмов про Барби больше нет?

— Барби вместо фильма, где всем вспарывают животы и отрубают головы? – Она насмешливо прикасается к моему лбу, словно проверяет температуру. – Что с тобой, плохой парень? У тебя жар или ты просто боишься?

— Я согласился бы даже на романтический фильм.

— Нет.

— «Дневник памяти»? – Мое последнее оружие. Но и оно не срабатывает.

— Мне хочется ужастик. Ты ведь будешь смотреть со мной?

Вздыхаю. И что только приходится терпеть.

— Но только на твоем ноутбуке, – уточняю я. – Не позволю этим дьявольским фильмам испортить мою ленту рекомендаций.

Лия восторженно пищит, и я вздрагиваю, шикая на нее. Но этот звук прерывается, когда она снова прижимает свои губы к моим. Несколько коротких поцелуев – она улыбается, когда последний длится чуть дольше. Затем беру ее чемодан, переплетаю наши пальцы и веду ее в свою комнату.

Как только мы заходим, я отпускаю ее руку. Иду к шкафу, чтобы переодеться, пока Лия с любопытством осматривается. Снимаю толстовку, джемпер под ним и, обернувшись, вижу, что она уже открыла чемодан.