Книга Все наши цвета, страница 54 – Инма Рубиалес

Это разряжает обстановку. Расслабив плечи, я издаю смешок, и наши взгляды на мгновение встречаются.

— Чем занимается твоя семья? – спрашивает он.

— У них свой ресторан, «Порта дель Парадизo».

— У тебя итальянские корни?

— Мама родилась в Италии, на побережье. А затем познакомилась с моим папой и переехала к нему.

— Вы часто туда ездите?

— В Италию? Нет. Мама не близка с родственниками. В детстве она пару раз брала меня с собой, и все. Язык уже подзабылся: понимать понимаю, но почти не говорю. – Тут я начинаю переживать, что слишком много болтаю и Логану станет скучно. – А что насчет тебя?

Несколько секунд он смотрит на меня, а затем отвечает:

— Бабушка и дедушка управляли музеем.

— Поэтому тебе так нравится рисовать? – интересуюсь я.

— В детстве я проводил там много времени. Родители вечно работали, и за мной присматривала бабушка. Она показывала мне картины и скульптуры, объясняла их смысл. Но настоящим экспертом был мой дедушка – в отличие от нее, у него была возможность получить образование. – Пауза. – После его смерти бабушке пришлось продать музей.

— А как же твои родители?

— Нет, они не захотели им заниматься, – отвечает он. – Бабушка не могла управлять музеем одна и продала его иностранцу по имени Рассел. Он собирается его снести, чтобы построить отель.

Логан сжимает челюсти. У меня тоже возникает странное чувство, что-то вроде ностальгии. Я знала, что музей закрыт, но не представляла, что его собираются снести. Хотя в нем не было известных коллекций, престижных произведений искусства или эксклюзивных выставок, этот музей был душой Хейлинг-Коува. Мы все хоть раз там бывали. Больше половины школьных экскурсий проходили именно в нем.

Если даже мне это кажется болезненной утратой, не хочу представлять, каково Логану и его бабушке.

— Мне очень жаль.

Просто не знаю, что еще сказать.

Логан пожимает плечами.

— Такова жизнь. – В его голосе звучит горечь, но становится понятно, что он уже давно с этим смирился.

Я колеблюсь: разговор стал слишком личным. Не знаю, стоит ли дальше копаться в этой теме, но игнорировать ее мне кажется неправильным.

— Мэнди поэтому переехала в Портленд?

— Она всегда мечтала увидеть мир и жить в большом городе. Но говорила, что для первого уже слишком стара, так что выбрала второе. Я поступил в универ и переехал с ней. Честно говоря, у меня не самые лучшие отношения с родителями.

— Она замечательная женщина, – говорю я. – Твоя бабушка.

— Знаю. И это ты еще не видела, на что она способна.

— У нее есть козыри в рукаве?

— Это еще слабо сказано.

Логан поднимает взгляд к небу. Звезды едва видны из-за городских огней. Я машинально хватаюсь за рукав свитера – под ним скрыто предплечье, на котором он «нарисовал» шторм. Логан даже не попытался высмеять меня, когда я объяснила значение эскиза. И за это я ему благодарна – другие часто насмехались. Вообще-то он вел себя мило весь вечер. Это одновременно удивляет и вызывает недоверие.

Он даже ответил на все мои вопросы. Причем большинство из них я придумала на ходу. Мэнди меня подставила, и мне пришлось собирать материал для романа, который я вообще-то не собиралась писать.

— Логан. – Он оборачивается ко мне, и я изо всех сил стараюсь сохранить хладнокровие. После долгих раздумий я решила, что он заслуживает как минимум извинений. – Прости за инцидент в кафе. Когда Дэниел подошел к нашему столу…